Разное

Роль психики: Роль и значение психики человека в трудовой деятельности

Содержание

Роль и значение психики человека в трудовой деятельности

Особым видом деятельности мозга, заключающейся в отражении реального мира, являетсяпсихикачеловека. Психика есть функция мозга, форма отражения внешнего мира. Поэтому психика человека зависит от строения, развития и состояния мозга в данный момент, а психология неразрывно связана с физиологией высшей нервной деятельности.

Рассматривая психику как функцию мозга, следует подчеркнуть ее особенности:

1. Отражение человеком окружающего мира происходит в процессе активной деятельности, прежде всего, в труде, в процессе производства материальных благ. При этом человек воздействует на окружающий мир, видоизменяет его, а вместе с тем изменяется и сам.

2. Психическая деятельность представляет собой сложный процесс познания материального мира, восхождение от неполного знания к более полному и точному.

3. Психика – это такое отражение объективной реальности, при котором внешнее воздействие всегда преломляется через ранее сложившиеся индивидуальные особенности человека и зависит от его знаний и жизненного опыта.

Психическая деятельность человека весьма многообразна. В трудовой деятельности она проявляется в виде психических процессов, состояний и свойств личности (рис. 1).

Психическая деятельность осуществляется посредством множества специальных физиологических механизмов. Одни из них обеспечивают восприятие воздействий, другие – преобразование их в сигналы, третьи – планирование и регулирование поведения и т.д. Вся эта сложная работа обеспечивает активную ориентацию организма в среде.

Психические процессы – это такие кратковременные психические явления, которые протекают в виде реакции, имеют начало, развитие и конец, но в то же время непрерывны в связи со взаимопереходами. Они представляют собой динамичное отражение действительности. К ним относятся: ощущения, восприятия, представления, память, мышление, воображение, воля, внимание.

Психические свойства личности – это сложные образования, которые определяют уровень деятельности и поведения каждого отдельного человека. Они характеризуются направленностью (интересы, убеждения, идеалы), способностями

, характером и темпераментом. Эти свойства наиболее стойки, но и они изменяются от детства к старости, могут меняться в результате заболевания, но больше всего на них влияют социальные условия, обучение, воспитание.

Психические состояния характеризуют сложившийся к данному моменту уровень психической деятельности, который проявляется в повышенной или пониженной активности личности. Они достаточно продолжительны (могут продолжаться месяцами), хотя при изменении условий или вследствие адаптации могут быстро изменяться.

Рис. 1. Основные формы психики и их взаимосвязь

К психологическим состояниям относятся состояние творческого вдохновения, утомления, работоспособности, уверенности в своих силах, сомнения, тревожности, фрустрации (дезорганизация сознания и деятельности личности, вызванное объективно непреодолимыми и неоправданными препятствиями к желанной цели), эйфории (повышенная и неадекватная веселость и снижение критичности мышления).

Психические свойства и процессы тесно взаимосвязаны и могут переходить одно в другое. Так, свойства темперамента и психические процессы предопределяют то или иное эмоциональное состояние, которое, часто проявляясь, может стать чертой характера. Состояние бодрости и активности обостряет внимание и ощущения, а подавленность и пассивность ведут к рассеянности, поверхностным восприятием, затрудняют мышление, вызывают преждевременную усталость.

Все формы психического отражения составляют единое целое. Этой высшей в эволюции формой отражения является сознание, которое представляет собой единство всех форм познания, переживаний человека и его отношение к тому, что он переживает.

Человек рождается, не обладая сознанием, но уже имея индивидуальные особенности своей психики. Психика человека существенно отличается от психики даже высокоорганизованных животных тем, что она в большинстве своих проявлений осознанна. В процессе общения человека с другими людьми и его деятельности психика развивается и обогащается сознанием. Обязательным условием формирования и развития сознания является язык. В результате использования устной и письменной речи происходит накопление знаний, обогащение человека теми богатствами человеческой мысли, которые выработало до него и для него человечество, закрепило и передало ему в языке.

Сознание, будучи общественным продуктом, присуще только человеку. Животные сознанием не обладают. Человек, единственный среди живых существ, способен осуществлять самопознание, т.е. обращать психическую деятельность на исследование самого себя.

Каждый вид труда предъявляет определенные требования к психическим функциям человека. В свою очередь, люди различаются особенностями развития психических процессов, свойствами личности, что требует индивидуального подхода к каждому человеку в процессе труда в целях обеспечения наиболее эффективного его применения и появления творческих способностей. В современных условиях рационализация труда на психологической основе рассматривается в качестве одного из важнейших факторов повышения эффективности всего общественного производства.

Бессознательное психическое и творческий процесс

Творчество — высшая и наиболее сложная форма психической деятельности, отсюда — важность разработки вопроса о роли бессознательного в структуре художественного творчества и восприятия не только для психологии искусства, но и для исследования других видов психической деятельности. Как указывается во вступительной статье к шестому разделу второго тома «Бессознательное», соучастие неосознаваемой психической деятельности в процессе художественного творчества — факт реальный и настолько важный, что без учета его невозможно раскрытие ни психологических процессов творчества, ни психологической структуры художественного образа. Художественное творчество — особая форма обобщенного отражения действительности, говорящая на специфическом языке, и раскрыть своеобразие языка искусства невозможно без обращения к проблеме бессознательного, без учета закономерностей его деятельности. В акте творчества существует опора на бессознательное, которая обеспечивает художнику специфическую остроту видения, но бессознательное — лишь соучастник творческого процесса и может функционировать только в системе сознание-бессознательное, поэтому то, что утверждает произведение искусства, определяется не бессознательным и не сознанием, а личностью художника, включающей и ею сознание и его бессознательное. Такова позиция советской психологии в вопросе о связи бессознательного психического с художественным творчеством. С этих позиций подходят к проблеме авторы представленных в разделе статей, в которых обсуждается целый ряд интересных и важных вопросов, связанных с активностью бессознательного в творческом процессе и проявлением его в структуре произведения.

Н. Я. Джинджихашвили ТА. Флоренская ставят вопрос о природе катарсиса, имеющий непосредственное отношение к обсуждаемой проблеме.

В статье Н. Я. Джинджихашвили «К вопросу о психологической необходимости искусства» заново осмысливается идея социологизации Потребности катарсиса, предложенная Фрейдом. В отличие от своих Предшественников, Фрейд социологизировал потребность катарсиса, но определял ее лишь как средство компенсации нереализованных потребностей, а в искусстве видел способ иллюзорного примирения принципа реальности и принципа удовольствия, сузив тем самым познавательно-преобразовательную роль искусства. Л. С. Выготский указывал, что Фрейд правильно социологизировал катарсис как потребность компенсации, но следует при этом «ввести в круг своего исследования всю человеческую Жизнь, а не только ее первичные и схематические конфликты».

Н. Я. Джинджихашвили предлагает заменить понятие «компенсации» понятием «выравнивания» сознания с бытием, которое обозначает более широкое и диалектическое взаимодействие сознания и реальности и которое он называет «балансорной установкой сознания». Он различает пассивный и активный виды балансорной установки: пассивный подразумевает сугубо галлюцинаторное удовлетворение психики и выражается в замещении реальности грезой, галлюцинацией; она обусловлена состоянием эмоционального дефицита; активный дополнительно включает в себя эффект «отрезвления» от галлюцинаций и направлен на преобразование реальности. Удовлетворение балансорной установки сознания, ее активной формы, обеспечивается в искусстве, которое, в отличие от чисто игровой деятельности, не ограничивается устранением эмоционального дефицита, галлюцинаторной «отработкой чувств», но в конечном счете всегда направлено на преобразование самой реальности. Это и есть психологическая потребность катарсиса. « В то же время не следует забывать, — замечает автор статьи, — что этот процесс носит характер галлюцинаторный и провоцируется эмоциональным дефицитом психической жизни. Иными словами, не следует забывать, что существование художественной деятельности обусловлено также потребностью в той форме балансорного действия сознания, которую мы назвали пассивной. Сама по себе эта потребность неизбывна и непреходяща и сводится к устранению чувственного дефицита».

В статье Т. А. Флоренской «Катарсис как осознание (Эдип Софокла и Эдип Фрейда)» предпринята попытка на материале трагедии Софокла противопоставить катарсис как «расширение границ индивидуального сознания» психоаналитическому толкованию катарсиса. Вызывает возражение основной тезис этой статьи: «Катарсис — это осознание, но не в смысле фрейдовского погружения в низины подсознательного. Это — расширение границ индивидуального сознания до всеобщего».

Но «расширение границ индивидуального сознания до всеобщего» не может осуществиться без погружения в «низины» нашей психики, нашего бессознательного, ибо именно благодаря этому погружению совершаются познавательные процессы в акте художественного творчества и происходит синтез, являющийся результатом обобщения сугубо личного опыта с объективным общечеловеческим опытом. Это и создает познавательно преобразовательную значимость искусства. Без учета специфики психических процессов совершающихся на уровне бессознательного, проблема катарсиса не может быть решена.

В статье Т. А. Флоренской содержится замечание о том, что метод Фрейда сосредоточен на осознании бессознательного и мало касается последующей работы с осознанными влечениями и что Фрейд не указывает, каковы методы сублимации.

Следует сказать, что при психоанализе психосинтез происходит спонтанно, без специальных методов и приемов, как завершение познавательных процессов. Осознание бессознательного ведет к перестройке психологических установок личности. Не существует также специальных методов сублимации, ибо сублимация является естественным результатом синтеза, без синтеза сублимация не совершается. Поэтому Фрейд и сосредоточил свое внимание на методах осознания бессознательного.

В статье ставится вопрос: всегда ли возможно направить энергию инстинктов на другие цели, и почему это возможно? Принципиально не исключено, по мнению автора, что «Джинн, вырвавшийся из бутылки, может не захотеть нового пленения» и освобожденные инстинкты овладевают личностью: либо приведут ее к полной дезорганизации, либо перестроят сознание «сообразно своему характеру».

В качестве Джинна, вырвавшегося из бутылки, неосознаваемые влечения проявляют себя в психозах и неврозах, создавая дезорганизацию психики и импульсивное поведение. При психоанализе эти инстинктивные влечения постепенно опосредуются сознанием и осознание их продолжается до тех пор, пока они полностью не включатся в нормальную работу психики. Соответственно переключается и их психическая энергия, поэтому они не могут в процессе опосредования овладеть сознанием и «перестроить» его «сообразно своему характеру». Инстинктивные влечения направляются на сознательные цели, т. е. сублимируются, при правильной методике и технике анализа бессознательного, недостаточное овладение ею, кустарщина в лечении неврозов может давать нервные срывы, т. н. ятрогении.

Статья Э. А. Вачнадзе ставит на обсуждение очень интересный вопрос о сходстве и различии между сюрреализмом и патологическим художеством. Вопрос сам по себе не нов: им занимались и психиатры и искусствоведы, нова попытка подойти к нему с точки зрения психологии установки Д. Н. Узнадзе.

Сюрреализм и художество психотиков объединяет символическое выражение, которое создается сгущением (агглютинация), алогичностью и другими процессами, характерными для закономерностей функционирования бессознательного. Творческая продукция обоих видов художества отличается интенсивностью непосредственного выражения бессознательного, говорит на его «языке», подчиняется его «особой логике». Различие между ними заключается в самой сущности продукции: художник-сюрреалист творит произведение искусства, психотик же создает нагромождение символических образов, выражающих его бредовое состояние и не имеющих художественной ценности.

В своем сопоставительном анализе Э. А. Вачнадзе исходит из учения Д. Н. Узнадзе о наличии в психике человека двух планов психической деятельности, плана импульсивного поведения и плана объективации; иерархическая связь между ними обусловливает адекватную структуру поведения, нарушение этой связи приводит к патологии. По мнению Э, А. Вачнадзе, у психотиков, страдающих дефектом объективации, т. с. нарушением познавательной способности, изобразительная деятельность протекает на первом уровне поведения, у сюрреалистов же — на уровне объективации.

К статье Э.А. Вачнадзе мы хотели бы прибавить следующее. Чтобы ответить на вопрос о том, благодаря чему психика сюрреалистов при чрезмерной активности бессознательного сохраняет, в отличие от психотиков, способность к познавательным процессам, ее недостаточно сравнивать с психозами, но следует также сравнивать с т. н. неврозами перенесения — истерией и неврозом навязчивости. Патология неврозов перенесения заключается в том, что находящиеся в вытеснении, иногда давно забытые, переживания активизируются, но не объективируются и потому проявляют себя в сознании символически — в форме симптомов, симптомокомплексов, фобий, и конверсии, запретов и навязчивых действий, но при этом у субъекта сохраняется к ним критическое отношение и осознание реальности. Когда и при психоанализе эти бессознательные содержания осознаются, психическая норма восстанавливается. Мы полагаем, что сюрреалисты сохраняют способность к познавательным процессам потому, что они, как и невротики, способны к процессу перенесения. В отличие от них, психотики не обладают этой способностью, т. к. не могут отделить свое «я» от объекта, что является условием логического мышления, и остаются слитыми с ним. Поэтому они не могут осуществить актов объективации и переносят в художество свои бредовые идеи и представления.

В ряде статей предпринята попытка дать анализ бессознательного психического в структуре художественного произведения, т. е. ввести его в практику литературоведческого исследования.

В статье Р. Г. Каралашвили дан тонкий анализ произведений Г. Гессе. Автор совершенно правомерно увязывает творчество Г. Гессе с его жизненным опытом и духовным формированием его личности, ссылаясь при этом на высказывания самого писателя, имеющие важное значение для понимания не только его собственного творчества, но и творческого процесса как такового. Г. Гессе сравнивал функцию искусства с функцией исповеди, а само искусство считал длинным, многообразным, извилистым путем самовыражения личности художника. Психоанализ вошел в жизненный опыт Г. Гессе, и Р. Г. Каралашвили рассматривает его художественные произведения как документацию самопознания и самовыражения, а его творчество как непрерывный процесс осознания таинственных бездн собственного бессознательного.

Очень интересно понимание самим Г. Гессе природы и функции художественного персонажа. В романе «Степной волк» он пишет, что никакое «я» не являет собой единства, но всякое «я» представляет собой множество: эта многоликость души выражается писателем в персонажах произведения, на которые следует смотреть не как на независимые существа, а как на части, стороны, разные аспекты души писателя. Соответственно интерпретирует творчество Г. Гессе и автор разбираемой статьи: «… персонажи в романах и повестях позднего Гессе являются не отдельными и независимыми личностями, не суверенными литературными образами, а знаками-символами, репрезентирующими те или иные стороны души автора».

Представленный в статье анализ творчества Г. Гессе свидетельствует о том, что некоторые положения аналитической психологии Юнга — при подходе к ней с позиций диалектического материализма — могут быть использованы при комплексном изучении художественного творчества.

В статье Д. И. Ковды рассматривается весьма важный и мало разработанный в научной литературе вопрос о роли эмоций в творческом процессе. Автор совершенно правомерно увязывает эмоции со сферой бессознательного, где они объединяют ряды представлений и регулируют их течение; скрытые мотивы и личностные интересы оказывают влияние на осознанные переживания и обусловливают целостную психическую реакцию субъекта, которая определяет и направляет воображение и фантазию. Автор объясняет природу творческой фантазии, опираясь на учение Д. Н. Узнадзе: неосознаваемые психологические установки создают избирательную направленность внимания на соответствующие ситуации и свойства объектов, определяя тем самым идею и сюжет произведения; потребность в реализации этих установок обусловливает самовыражение; творческая индивидуальность писателя вытекает из всей системы его личностных установок.

Подход к проблеме с позиций учения Д. Н. Узнадзе о психологической установке, несомненно, следует считать позитивным, т. к. он помогает дать объяснение целому ряду вопросов, связанных с проблемой творчества. Однако для понимания всей сложности творческих процессов требуется проникновение в глубинные слои психики, где функционируют особые «механизмы» бессознательного. Одно понятие установки не обеспечивает этой возможности, т. к. оно не исчерпывает всей сложной сферы бессознательного. Конкретный анализ художественных произведений, если он предпринимается только с позиций психологической установки, также оказывается малоэффективным и далеко не полным. Подойти к решению столь сложной проблемы дают возможность предложенная А, Е. Шерозия теория сознания и бессознательного психического и концепция «значимых переживаний» Ф. В. Бассина.

Мы в нашей работе «Бессознательное и художественная фантазия» попытались, основываясь на теории А. Е. Шерозия и концепции Ф. В. Бассина, а также введя в творческий процесс понятие о некоторых «механизмах» первичных психических процессов, разработанных Фрейдом, дать психологический анализ некоторых узловых моментов сюжета «Войны и мира» Л. Н. Толстого и показать участие бессознательного психического в замысле и становлении художественных образов романа.

В настоящей статье мы остановимся на вопросе о некоторых скрытых «механизмах» неосознаваемой психической деятельности, принимающих участие в творческом процессе.

Бессознательное психическое подчиняется своим собственным законам, не имеющим ничего общего с законами нашего сознательного Мышления. Эта закономерность распространяется на все виды психического поведения: и на сновидения, и на неврозы, и на бодрственное Поведение психически здорового человека, и на творческий процесс. Различие этих видов психической деятельности определяется не различными психологическими «механизмами», а тем, сохраняется ли между Процессами бессознательного и сознания соотношение, необходимое для осуществления актов объективации, т. е. познавательных процессов. В бодрственном поведения нормального человека сохраняется равновесие между деятельностью обеих сфер психики, что дает возможность осуществляться актам объективации и целенаправленному поведению. То же происходит и в акте творчества, но специфика творческого процесса заключается в интенсификации нормальной психической деятельности, что способствует активизации познавательных процессов. В акте художественного творчества опора на бессознательное, эмоциональную сферу, приводит к эмотивному, чувственному, «нерасчленяющему» познанию, характерному именно для художественной деятельности. В патологии нарушение равновесия между сознанием и бессознательным вызывается чрезмерной активизацией бессознательного, не опосредуемого сознанием, благодаря чему часть энергии тратится на «психологическую защиту» сознания от натиска импульсивных сил. Это происходит — в разной степени — при неврозах и психозах, но при неврозах объективации не поддается лишь определенная часть вытеснения и способность к познавательным процессам сохраняется, а при психозах она в основном парализована. В сновидениях активность сознания минимальна, поэтому объективация не совершается. Таким образом, психологические «механизмы» бессознательного одинаковы для всех видов психической деятельности, а тот или иной вид ее зависит, как нам представляется, от соотношения активности бессознательного и сознания в едином психическом процессе и от сохранности способности к познавательным процессам. Фрейд изучал бессознательное на сновидениях и т.н. неврозах перенесения (истерия, невроз навязчивости) и сумел раскрыть тайные механизмы его работы. Это дает нам возможность судить о первичных психических процессах и в акте творчества и ввести понятие о психологических «механизмах» бессознательного в творческий процесс и в структуру художественного образа.

В художественном творчестве реализуется сущностная потребность человека в самовыражении. Фрейд указывал, что в психологическом романе писатель раздробляет свое «я» на части и вследствие этого персонифицирует в нескольких героях свои душевные конфликты. В каждом художественном образе выражаются те или иные аспекты личности писателя, тенденции его сознания и его бессознательного и в то же время находит отражение объективная реальность. Одни персонажи могут выражать по преимуществу тенденции сознания писателя, другие — преимущественно тенденции его бессознательного; часто в разных ситуативных положениях в одном и том же образе выступают на передний гшан то осознаваемые, то неосознаваемые побуждения автора, но во всех случаях можно говорить лишь о преобладающем выражении тех или других, т. к. сознание и бессознательное неоспоримо участвуют в создании художественного образа в качестве необходимых соучастников единого творческого процесса, как и всякого другого нормального законченною психического акта, и могут быть выражены не иначе, как через личность.

Самовыражение реализуется благодаря механизму проекции. Фрейд, который ввел это понятие в психологию, понимал под проекцией «перенесение внутреннего процесса вовне», заключающееся в том, что субъект отвергает чувства и побуждения, исходящие из влечения, переносит их из внутреннего восприятия во внешний мир и приписывает их другим.

Проекция, как указывает Фрейд, дает возможность познать психические акты, которые человек отказывается признать у самого себя, т. е. позволяет ввести их в общую душевную связь при помощи акта познания. Механизм проекции Фрейд приписывал как психопатологии, так и здоровой психике. Проекцией неосознаваемых желаний он считал истерические фобии, конверсии, симптомы невроза навязчивости, паранойю, сновидения.

Проекция в творческом процессе выступает как механизм «психологической защиты», которая считается советской психологической наукой эвристичным понятием и связывается с областью бессознательного. Идея «психологической защиты» разрабатывается в советской психологии в трудах Ф. В. Бассина с позиций теории установки Д. Н. Узнадзе и его школы.

Роль проекции в акте художественного творчества заключается в том, что благодаря этому психическому акту, определенные чувства и побуждения писателя, вытесняемые его сознанием, переносятся из внутреннего восприятия вовне и приписываются литературному персонажу. Таким образом, автор в созданных им героях снова находит свои внутренние душевные процессы, но переживает и объективирует их уже не как свои собственные, а как присущие «другому» — его персонажу. Именно это обстоятельство способствует самовыражению писателя в акте творчества. Проекция дает нам возможность заглянуть в самые затаенные глубины души писателя, а его творческая фантазия может рассказать нам о нем больше, чем самый усердный собиратель фактов и даже чем он сам, и позволяет судить о его психической конституции.

В структуре художественного образа главную роль играют механизмы идентификации и перенесения. Понятие идентификации Фрейд разрабатывал в связи со сновидениями и психопатологией. Он приписывал этот механизм и нормальному бодрственному мышлению. Мы рассмотрим этот механизм с точки зрения его роли в структуре художественного образа.

Фрейд считал идентификацию самым ранним проявлением эмоциональной привязанности субъекта к другому человеку, и первым амбивалентным в своем выражении способом, которым «я» выделяет какой-нибудь объект. Всякая эмоциональная привязанность к человеку реализуется только через идентификацию. Она способствует выражению наших чувств, как дружественных, так и враждебных, и участвует в формировании идеалов личности. Только благодаря этому механизму, по мнению Фрейда, возможно проникновение во внутренний мир другого человека, наше понимание чужого «я». От идентификации он вел путь к вчувствованию.

Механизм идентификации осуществляет отождествление субъекта и объекта, при котором соединяются в одно целое их отдельные свойства, качества, признаки; при этом идентификация является только частичной, в высшей степени ограниченной: она заимствует лишь одну черту или ограниченное число черт объектного лица. При объединении возникает новая единица, в которой каждое из идентифицируемых лиц может быть представлено всего-навсего какой-то особенностью, деталью, именем, внешностью, манерой или же ситуацией, характерной для него. Фрейд выделяет три типа идентификации, отличающиеся друг от друга мотивом выбора объекта: 1) идентификация с объектом, который принимается за идеал, — здесь идентификация стремится выразить то, чем субъект хочет быть, какими качествами он желает обладать; подобная идентификация носит дружественный характер; 2) идентификация с объектом из желания быть на его месте, находиться в его ситуации, здесь выражается тенденция соперничества и идентификация принимает враждебный характер; 3) идентификация с лицом, к которому субъект испытывает объектную привязанность.

Мы вводим понятие идентификации в творческий процесс и считаем, что указанные выше три типа идентификации участвуют в сложении структуры художественного образа. Приведем несколько примеров работы этого механизма в структуре художественного образа. Объектом идентификации в качестве идеала выбран для образа Пьера Безухова друг писателя Д. Л. Дьяков, для образа Андрея Болконского — брат писателя С. Н. Толстой. По второму типу идентификации складывается, например, образ Анатоля Курагина (идентификация писателя с Анатолием Шостак на основе тенденции соперничества). Примером третьего типа идентификации (на основе объектной привязанности) может служить образ Наташи Ростовой (идентификация Л. Толстого с Таней Берс). Часто в одном и том же образе сходятся два типа идентификации, т. к. сама идентификация амбивалентна с самого начала. Например, идентификация Л. Н. Толстого с С. Н. Толстым в образе Андрея Болконского носит не только дружественный характер, но имеет своим мотивом также бессознательное желание писателя быть на месте брата в его любовной ситуации, т. е. носит и враждебный характер. В то же время один и тот же тип идентификации может дать несколько различных образов в одном произведении в зависимости от проецируемых тенденций автора: образы Пьера Безухова, Андрея Болконского, старого князя Болконского структурированы по первому из указанных типов идентификации, но выражают различные аспекты личности Толстого.

Как нетрудно убедиться из сопоставления литературных персонажей с т. н. «прототипами», идентификация переносит в художественный образ лишь ограниченное число черт или качеств объекта и некоторые из его жизненных ситуаций, в основном же образ «заполняется» сознательными и бессознательными тенденциями самого художника, за каждым художественным образом стоит одно из множественности «я» самого автора. Например, Сергей Николаевич Толстой выбран в качестве объекта идентификации для образа Андрея Болконского как идеал comme il faut, Д. А, Дьяков — для Пьера Безухова как высокий нравственный авторитет, но сами образы настолько не похожи на своих «прототипов», что на связь между ними обычно не указывают, несмотря на то, что эти лица принадлежали к ближайшему окружению Л. Н. Толстого. Однако об этой связи свидетельствуют жизненные ситуации, вошедшие в сюжет. Из жизни брата автор взял лишь историю его любовных отношений с Т.А. Берс, да и ту видоизменил, «придумав» измену Наташи и попытку ее побега с Анатолем; из жизни Д. А. Дьякова воспроизведено лишь его объяснение с Т. А. Берс в сцене разговора Пьера с Наташей после ее разрыва с князем Андреем, в остальном же судьба Андрея Болконского и Пьера Безухова — плод фантазии писателя, создавшей те ситуации, где его собственные желания и влечения нашли наиболее адекватное и желаемое выражение и реализацию.

В структуре художественного образа идентификация выступает в единстве с другим важнейшим механизмом первичных психических процессов — перенесением. Это понятие также введено Фрейдом. Согласно законам бессознательного, импульс может проявиться не там, где он возник, и перенестись в более поздние времена и отношения, — это явление Фрейд назвал перенесением. Перенесение вызывается склонностью бессознательных влечений в поисках путей удовлетворения направляться ассоциативным путем на все новые объекты. Благодаря перенесению происходит замещение одного представления другим вдоль ассоциационного ряда и слияние объектов перенесения, создающее в сновидениях и неврозах т. н. сгущение.

Перенесение можно непосредственно наблюдать при неврозах на перенесении невротика на врача. Невротик бессознательно идентифицирует его со всеми объектами своей аффективной направленности, в том числе и с вытесненными, врач становится как бы замещающим их объектом, на который невротик переносит свои значимые переживания и конфликты. Перенесение на врача дает возможность разгадать смысл бессознательных фантазий и понять истинные мотивы невротического поведения. Поэтому перенесение, подобно сновидению, можно было бы назвать «окном» в бессознательное. Перенесение на врача эффективно используется при психотерапии неврозов.

Роль перенесения в структуре художественного образа заключается в том, что оно создает агглютинацию, которая соответствует сгущению в сновидениях и неврозах. Агглютинация делает образ коллективным лицом, на который переносится психическая энергия составляющих его элементов. Наиболее эмоционально насыщены те образы, для образования которых потребовалась наибольшая работа агглютинации. Благодаря перенесению в фантазии находят способ проявить себя в качестве отпрысков бессознательного самые интимные влечения из глубинных слоев психики. Они скрываются в замаскированном виде под явным содержанием сюжета.

Перенесение с точки зрения установки Д. Н. Узнадзе можно определить как действие фиксированных установок, стремящихся к реализации.

Идентификация и перенесение тесно связаны между собой и в акте творчества, как и в сновидениях и неврозах, друг без друга не функционируют. Они определяют структуру художественного образа. Таким образом, структура художественного образа складывается на уровне бессознательного.

Изложенное понимание психологических «механизмов» бессознательного в акте художественного творчества дает возможность проникнуть вглубь творческих процессов, установить связь литературного персонажа с личностью писателя, раскрыть структуру художественного образа, определить истинные побудительные мотивы творческой фантазии и художественных решений и ввести анализ бессознательного в практику литературоведческого исследования.

Мы полагаем, что очередная задача, стоящая перед литературоведением при комплексном подходе, — выработка методики анализа бессознательного в структуре художественного произведения, что обеспечит исследование творчества на уровне современной науки.

Выступления на Тбилисском симпозиуме по проблеме бессознательного (1979) и статьи, присланные после симпозиума для опубликования в IV томе монографии, свидетельствуют о том, что вопросы, обсуждавшиеся в разделе «Проявление бессознательного психического в структуре художественного творчества и восприятия», вызвали большой интерес и оживленную полемику. К сожалению, эти материалы по техническим причинам в IV томе не публикуются, поэтому мы позволим себе лишь бегло коснуться некоторых из вопросов, обсуждаемых в них.

Вопрос о целесообразности применения психоанализа при исследовании художественного творчества. Исследование бессознательного в структуре художественного произведения методом психоанализа, по мнению Р. Г. Каралапгоили, помогает раскрытию важных связей и аспектов, которые иначе остаются неясными и непонятными. Однако плодотворным психоаналитический подход к произведению искусства может быть лишь в том случае, если он не превращается в самоцель и способствует выявлению эстетической природы произведения и той имманентной ясности, которая в нем заключена.

Действительно, большинство работ, посвященных психоанализу литературного творчества, ограничивается поисками т. н. «комплексов» или сексуальной символики в структуре произведения, что преследует сугубо психоаналитические цели и практически бесполезно для литературоведческого исследования. В частности, у нас этим грешит книга о Гоголе И. Ермакова, известного издателя психоаналитической литературы в России в 20 гг. Сам Фрейд, неоднократно обращавшийся к творчеству писателей и художников (Шекспир, Гете, Достоевский, Леонардо да Винчи и др.), не ставил себе целью психологическое исследование того или иного произведения искусства, он лишь показывал отдельные проявления бессознательного в структуре сюжета, демонстрируя, как неосознаваемые мотивы и влечения могут направлять творческую фантазию художника. Даже его наиболее фундаментальная работа, посвященная литературному произведению, — «Бред и сны в «Градиве» Иенсена» является отнюдь не литературоведческим, но психиатрическим исследованием.

Анализ бессознательного в структуре художественного творчества имеет смысл и позитивное значение лишь тогда, когда он увязывается с личностью автора, включающей и его сознание и его бессознательное, ибо смысл произведения и значение его в системе эстетических ценностей эпохи определяется не бессознательным и не сознанием автора, а его личностью.

Вопрос о том, является ли искусство, говоря словами Л. С. Выготского, «средством для разряда нервной энергии».

Для художника творчество, — действительно, «средство для разрядов нервной энергии», ибо в акте творчества происходят познавательные процессы, осуществляемые в акте объективации, которые ведут к разрешению внутренних конфликтов и разрядке аффективной напряженности. Творчество служит удовлетворению сущностных потребностей человека (познавательной, потребности творчества, самовыражения и самореализации и др.), что вызывает положительные эмоции. То же происходит и в акте восприятия художественного творчества. Для воспринимающего изображаемое действие служит как бы проекцией его собственных переживаний; идентифицируя себя с персонажами произведения, он психически проигрывает роли, которые имеет потребность реализовать в объективной действительности. Таким образом, переживаемое действие служит для воспринимающего ситуацией, где его потребность находит возможность своего удовлетворения.

И, наконец, вопрос о том, ставит ли писатель свой талант под угрозу, подвергаясь психоанализу.

Опосредование бессознательного при помощи техники психоанализа никоим образом не ведет к понижению творческого потенциала писателя потому, что резервы его бессознательного, его эмоциональной сферы, не могут иссякнуть до тех пор, пока личность сохранна биологически и психически; наоборот, психоанализ — это путь к активизации потенциальных творческих возможностей личности.

Бессознательное природа, функции, методы исследовать, rn.1V, Тбилиси, 1985, с 307-317

Роль образования в социализации детей и подростков с психической патологией | Мазаева

1. Moffitt T.E., Arseneault L., Belsky D., Dickson N., Hancosc R.J., Harrington H.L., Houts R., Poulton R., Roberts B.W., Ross S., Sears M.R., Thompson W.M., Caspi A. A gradient of childhood self-control predicts health wealth and public safety. PNAS. 2011;108(7):2693–2996. DOI: org/10.1073/pnas.10100761108.

2. Гордеева Т.О., Осин Е.Н., Сучков Д.Д., Иванова Т.Ю., Сычев О.А., Бобров В.В. Самоконтроль как ресурс личности: диагностика в связи с успешностью, настойчивостью и благополучием. Культурно-историческая психология. 2016;12(2):46–58. DOI:10.17759/chp.2016120205

3. Корсини Р., Ауэрбах А. Психологическая энциклопедия. СПб.: Питер. 2006.

4. Федеральный закон «Об образовании в Российской Федерации» № 273-ФЗ от 29 декабря 2012 г. с изменениями 2018 г. Доступно по: http://legalacts.ru/doc/273_FZ-obobrazovanii/ Ссылка активна на 3.09.2018.

5. Конвенция о правах ребенка (одобрена Генеральной Ассамблеей ООН 20.11.1989). Советский журнал международного права. 1991;2:151–171.

6. Распространенность психических расстройств в населении Российской Федерации в 2011 г. (Аналитический обзор). Под ред. проф. В.С. Ястребова. М.: ФГБУ «ФМИЦПН» Минздрава России, 2014.

7. Шмакова О.П. Школьная несостоятельность детей и подростков, страдающих психическими расстройствами (распространенность, проявления, динамика). Психиатрия. 2003;5:46–52.

8. Заваденко Н.Н. Школьная дезадаптация в нейропедиатрической практике. Практика педиатра. 2016;3:60–70.

9. Табачников С.И., Марценковская И.И. Школьная дезадаптация (неуспешность): взгляд с позиций детской психиатрии. Здоровье Украины. 2015;2(3):42–43.

10. Pierangelo R., Giuliani G. Learning Disability: A practical Approach to Foundation, Assesement, Diagnosis and Teaching. Pearson Education. 2005.

11. Benner G., Nelson R., Epstein M. Language Skills Children with EBD. J. Emotional and Behav. Dis. 2002;10(1):4–56.

12. Мазаева Н.А., Головина А.Г. Отказ подростков от школьного обучения (клинико-психопатологический аспект). Журн. неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2015;115(1):10–17.

13. Гончаров М.В. Длительная инвалидность при шизофрении. Журн. неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова.1993;93(4):52–55.

14. Мазаева Н.А. Задачи психиатрической науки в области реабилитации психически больных. Тезисы докладов VI Всероссийского съезда психиатров. Т.2, Москва: 1990;78–80.

15. Obradovic J., Burt K.B., Masten A.S. Pathways of adaptation from adolescence to young adulthood: Antecedents and correlates. Resilience in Children in: Annals of the New York Academy of Sciences. 2006;1094:340–344.

16. Афонина А.К., Володин Б.Ю. Особенности структуры качества жизни пациентов подросткового возраста с легкой степенью умственной отсталости в зависимости от формы проживания. Сибирский вестник психиатрии и наркологии. 2014;2:46–48.

17. Rhodes A.E., Boyle M.H., Bridge A.J., Sinyor M., Links P.S., Tonmyr L., SkinnerR., Bethell J.M., Carlisle C., Goodday S., Hottes T.S., Newton A., Bennet K., Sundar P., Cheung A.H., Szatmari P. Antecedents and sex/gender differences in youth suicidal behavior. World Psychiatr 2014 December 22;4(4):120–132. DOI:10.5498

18. Carli V., Hoven Chr.W., Wasserman C., Chiesa F., Guffanti G., Sarchiapone M., Apter A., Balazs J., Brunner R., Corcoran P., Cosman D., Haring Chr., Iosue M., Kaess M., Kahn J.P., Keeley H., Postuvan V., Saiz P., Varnik A., Wasseman D. Новая группа подростков с «невидимым» риском психопатологии и суицидального поведения: находки исследования SEYLE. Всемирная психиатрия. 2014:13(1):77–85. DOI:10.1002/wps.20088

19. Colom Fr. Эволюция психообразования для биполярного расстройства: от литиевых клиник до интегративного психообразования. Всемирная психиатрия. 2014;13(1):89–91. DOI:10.1002/wps.20091

20. Северный А.А., Иовчук Н.М. О некоторых проявлениях патологического пубертатного криза. XIII Мнухинские чтения: «Расстройства личности, адаптации и поведения в детском и подростковом возрасте». 26–27 марта 2015. СПб.: 2015:168–172. Доступно по: http://dspace.ltsu.org/bitstream/123456789/1453/1/349-17_s.pdf. Ссылка активна на 3.09.2018.

21. Бюлер Ш. Что такое пубертатный период Психологические теории подросткового возраста: Хрестоматия (сост. М.К. Павлова). М.: АНО ПЭБ;2008:52–61.

22. Kashani J.K., Dandoy A.C., Reid J.C. Hopelesness in children and adolescents. An overview. Acta Paedopsychiatrica. 1992;55:33–39.

Роль психических расстройств, не исключающих вменяемости, в формировании разнонаправленной агрессии Текст научной статьи по специальности «Психологические науки»

СУДЕБНАЯ ПСИХИАТРИЯ

© А.С. Калашникова, Ф.С. Сафуанов, 2010 УДК 616.89-008.444.9(045)

Для корреспонденции

Сафуанов Фарит Суфиянович — доктор психологических наук,

профессор, руководитель лаборатории судебной психологии

ФГУ «Государственный научный центр социальной и судебной

психиатрии им. В.П. Сербского»

Адрес: 119992, г. Москва, Кропоткинский пер., д. 23

Телефон: (495) 637-16-57

E-mail: [email protected]

А.С. Калашникова, Ф.С. Сафуанов

Роль психических расстройств, не исключающих вменяемости, в формировании разнонаправленной агрессии

#

The role of mental disorders not ruling out sanity in shaping of multidirectional acts of aggression

A.S. Kalashnikova, F.S. Safuanov

The paper delves into how psychic disorders not ruling out sanity contribute to shaping criminal aggression in conjunction with autoaggression. A comparative analysis was conducted of individual and psychological features of persons with a history of suicidal attempts who had committed aggressive offences: mentally sound persons and those with borderline pathology (the fully mature personality disorder and organic mental disorder). It is demonstrated that in terms of aggression and expression of prosuicidal personality factors persons with psychic deviations do not differ from the mentally sound while at the same time featuring less developed personality structures that inhibit manifestations of hetero- and autoaggression. Key words: aggression, autoaggression, comprehensive forensic psychological-psychiatric expert examination, mental disorders not ruling out sanity, organic mental disorder, mature personality disorder

ФГУ «Государственный научный центр социальной и судебной психиатрии им. В.П. Сербского», Москва

The Serbsky State Research Centre of Social and Forensic Psychiatry, Moscow

Статья посвящена исследованию роли психических расстройств, не исключающих вменяемости, в формировании криминальной агрессии в сочетании с аутоагрессией. Был проведен сопоставительный анализ индивидуально-психологических особенностей лиц, совершивших агрессивные правонарушения и имеющих в анамнезе суицидальные попытки: психически здоровых и лиц с пограничными формами психической патологии (расстройством зрелой личности и органическим психическим расстройством). Показано, что по уровню агрессивности и выраженности просуицидальных личностных факторов лица с психическими аномалиями не отличаются от психически здоровых, в то же время у них несколько менее развиты личностные структуры, оказывающие тормозящее влияние на проявления гетеро- и аутоагрессии.

Ключевые слова: агрессия, аутоагрессия, комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, психические расстройства, не исключающие вменяемости, органическое психическое расстройство, расстройство зрелой личности

Агрессивные действия против личности являются одной из наиболее острых социальных проблем современности. Формы проявления агрессивности могут быть самыми различными, однако в качестве ведущих причин преждевременной смертности населения прежде всего выделяются убийства и самоубийства. Данные феномены часто рассматриваются как независимые друг от друга, однако в практике судебной экспертизы достаточно часто встречаются обвиняемые в агрессивных преступлениях, которые либо в прошлом, либо после совершения правонарушения совершали суицидальные попытки. Полученные данные являются основанием для утверждения о наличии у таких индивидов разнонаправленной агрессии.

Многие зарубежные и отечественные психиатры отмечают определенную взаимосвязь аутоагрессивности и склонности к агрессии

16

А.С. Калашникова, Ф.С. Сафуанов

[17, 29, 30]. Распространенность случаев одновременного наличия у субъекта гетеро- и аутоагрессив-ных тенденций, по данным разных исследователей, колеблется от 10 [36] до 36% [9]. Т.Б. Дмитриева и соавт. [11, 12] указывают, что 25% обследованных в рамках судебно-психиатрической экспертизы агрессивных преступников имели в анамнезе суицидальные попытки.

В рамках судебной психологии и психиатрии существует большое количество научных работ, посвященных проблеме соотношения психических аномалий с преступностью [3, 10, 15, 20, 25]. Пограничное психическое расстройство, не являясь прямой причиной преступного поведения, способствует формированию мотивации, являющейся одной из главных личностных предпосылок совершения противоправных действий [4]. Помимо этого отмечается роль психических расстройств в генезе преступного поведения в контексте взаимодействия психопатологических синдромов с ценностной сферой личности и с ситуационными переменными [15].

Аналогичные данные о роли пограничных психических расстройств встречаются в суицидологических исследованиях [1, 6]: особенности суицидального поведения больных с психическими аномалиями существенно отличаются от таковых как у психически здоровых, так и у лиц с выраженными психическими расстройствами. Многие авторы указывают на большую распространенность больных пограничными психическими расстройствами среди суи-цидентов — их доля, согласно современным исследованиям, колеблется от 13 до 86% [2, 16, 22, 28, 31, 32, 34, 37]. [33] выявил положительную зависимость между суицидальным поведением и межличностным насилием среди пациентов, находящихся на принудительном лечении в психиатрических стационарах после совершения правонарушения. На основе сравнения встречаемости разнонаправленной агрессии среди общей популяции и группы лиц с определенным психиатрическим диагнозом он сделал вывод, что вероятность причинения вреда себе или другим лицам увеличивается при всех видах психической патологии: в каждой нозологической группе риск совершения гетеро-агрессии сопоставим с риском совершения ауто-агрессии. Таким образом, наличие психопатологии является фактором риска для каждой из форм агрессии как в отдельности, так и при их сосуществовании [35].

Выявление роли психических расстройств, не исключающих вменяемости, в генезе разнонаправленной агрессии имеет значение в первую очередь для профилактики общественно опасных деяний (ООД), основанной на применении мер медицинского характера. Согласно ч.2 ст.22 УК РФ, психическое расстройство, ограничивающее спо-

собность обвиняемого в полной мере осознавать и регулировать свое поведение во время совершения инкриминируемого ему деяния, может служить основанием для назначения судом принудительных мер медицинского характера. В соответствии с ч. 2 ст. 97 УК РФ, указанные меры назначаются лицам, у которых психические расстройства связаны с вероятностью причинения «иного существенного вреда либо с опасностью для себя и окружающих».

Для комплексного рассмотрения проблемы влияния психических расстройств на формирование разнонаправленной агрессии за основу были выбраны две типологии.

Первая — трехмерная типология форм криминальных агрессивных действий, предложенная Ф.С. Сафуановым [25]. Она основана на взаимодействии следующих переменных: уровень агрессивности, наличие психотравмирующей ситуации и выраженность тормозящих агрессию личностных структур (ингибиторов гетероагрессивных намерений и побуждений).

Вторая — двумерная типология суицидов В. А. Тихо-ненко и Ф.С. Сафуанова [27]. Большинство исследователей представляют генез суицидального поведения как взаимодействие личностных и сре-довых факторов [3], в связи с чем суицидальное поведение как наиболее крайняя форма ауто-агрессии осуществляется всегда в психотравми-рующей ситуации, поэтому при создании типологии суицидов авторы ограничились только анализом личностных предикторов, рассмотренных в контексте взаимодействия суицидогенных и антисуицидальных факторов. Личностные ингибиторы гетеро- и аутоагрессивных тенденций включают разные структуры: социально-нормативные, ценностные, диспозиционные, эмоциональные, коммуникативные, интеллектуальные и механизмы психологической защиты.

Таким образом, в каждом конкретном случае реальный риск гетероагрессивного поведения необходимо определять на основе соотношения проагрессивных и тормозящих агрессию структур, а риск суицидального поведения — на основе соотношения суицидогенных и антисуицидальных личностных факторов.

Целью эмпирического исследования является изучение роли психических расстройств, не исключающих вменяемости, в формировании разнонаправленной агрессии.

Материал и методы

Обследованы 38 человек (25 мужчин и 13 женщин старше 18 лет), совершивших агрессивные правонарушения (направленные против жизни и здоровья других лиц) и имеющих в анамнезе аутоагрессивные действия, совершенные либо до (52,6%), либо и до и после (21,1%), либо только после

17

СУДЕБНАЯ ПСИХИАТРИЯ

#

(18, 4%) ООД.В 7,9%случаев агрессия одновременно проявлялась в обоих направлениях (ауто- и гетеро-) непосредственно в криминальной ситуации.

Все испытуемые проходили стационарную су-дебно-психиатрическую (СПЭ) или комплексную судебную психолого-психиатрическую экспертизу (КСППЭ) в ФГУ «ГНЦССП им. В.П. Сербского» и были признаны способными в момент совершения инкриминируемых им деяний осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. У 7 (18,4%) обвиняемых была определена «ограниченная вменяемость», в отношении 5 (13,2%) обвиняемых рекомендовалось применение принудительных мер медицинского характера, 3 (7,9%) человека совершили преступления в состоянии аффекта. Из всех обследованных у 10 (26,3 %) человек психического расстройства не обнаружено, расстройство зрелой личности (более половины случаев — эмоционально-неустойчивое, реже — истерическое, смешанное и шизоидное) было диагностировано у 19 человек (50%), органическое психическое расстройство (органическое расстройство личности, эмоционально-лабильное расстройство) — у 9 (23,7%) обвиняемых.

Индивидуально-психологические особенности испытуемых выявлялись с помощью личностных методик и проективных тестов, направленных на прицельную диагностику трех категорий: личностных структур, способствующих проявлению агрессивности; просуицидальных личностных особенностей; тенденций, препятствующих проявлению гетеро- и аутоагрессии (личностных ингибиторов агрессии). о+, д4, F1, F3), коммуникативных (факторы а, е, п+), диспозиционных (факторы И-, 1-, т, F4) ингибиторов агрессии.

3) Тест фрустрационной толерантности С. Розен-цвейга (цит. по [26]) — для выявления реактивной агрессивности.

4) Методика «Индекс жизненного стиля» [7] — для выявления механизмов психологической защиты.

5) Методика диагностики способов совладания со стрессовыми и проблемными ситуациями [8] -для диагностики интеллектуальных ингибиторов агрессии.

6) «Тест руки» Вагнера [24] — для изучения мотива-ционной агрессивности.

7) Опросник Басса-Дарки [23] — для выявления шкал диспозиционной агрессивности и «чувства вины» (эмоционального ингибитора агрессии).

8) Тематический апперцептивный тест [18] -для исследования эмоциональных ингибиторов агрессии и проагрессивных личностных особенностей., 18GF), провоцирующих у испытуемых суицидальные и агрессивные мысли.

9) Тест смысложизненных ориентаций (СЖО) [19] -для выявления ценностных ингибиторов агрессии.

10) Методика Шварца для изучения ценностей личности [14] — для выявления ценностных ингибиторов агрессии.

11) «Неоконченные фразы» В.А. Тихоненко и М.З. Дукаревич1 — для исследования суицидоген-ных и антисуицидальных факторов всех уровней.

Была использована непараметрическая вариационная статистика (и-критерий Манна-Уитни).

Результаты

1. Сравнительный анализ личностных факторов гетеро-и аутоагрессии у лиц с органическим психическим расстройством и у психически здоровых

Проагрессивные факторы. Статистически достоверных различий между психически здоровыми (ПЗ) и лицами с органическим психическим расстройством (ОПР) по результатам теста Вагнера, опросника Басса-Дарки и теста Розенцвейга выявлено не было: уровни мотивационной, реактивной и диспозиционной агрессии у них значимо не отличаются.

Ингибиторы агрессии. Среди социально-нормативных факторов в методике ММИЛ (табл. 1) значимые различия выявились по шкале 4: лица с ОПР по сравнению с ПЗ в большей степени склонны к реализации эмоционального напряжения в непосредственном поведении, минуя систему социальных норм, морально-этических ценностей и правил поведения.

По диспозиционным ингибиторам агрессии в методике ММИЛ значимые различия обнаружились по шкале 3: лицам с ОПР по сравнению с ПЗ более свойственны ориентация на мнение окружающих, демонстративность, склонность к вытеснению из сознания вызывающих тревогу факторов.

По коммуникативным, эмоциональным и интеллектуальным ингибиторам агрессии, а также по характеру защитных механизмов статистически значимых различий выявлено не было.

В целом ингибиторы агрессии у лиц с ОПР не являются специфичным по сравнению с ПЗ.

Методика любезно предоставлена авторами.

18

1

А.С. Калашникова, Ф.С. Сафуанов

Таблица 1. Среднегрупповые значения показателей методик у психически здоровых (ПЗ) людей и лиц с органическим психическим расстройством (ОПР)

Методика Показатель Среднее значение ПЗ Среднее значение ОПР Уровень значимости

ММИЛ Шкала 3 23,3 32 0,024

Шкала 4 22,5 28,333 0,017

«Неоконченные фразы» «Конкретные перспективы» 8,4 6,444 0,019

«Рационализация» 1,2 0 0,003

Методика Шварца «Ценность достижения» 2,205 0,972 0,022

Суицидогенные и антисуицидальные факторы.

Результаты методики «Неоконченные фразы» (см. табл. 1) выявили статистически значимые различия по факторам «конкретные перспективы» и «рационализация»: в фрустрирующих ситуациях ПЗ чаще, чем лица с ОПР, будут предпринимать конкретные шаги по разрешению ситуации, снижать тревогу путем поиска рационального переосмысления случившегося.

По данным методики Шварца (см. табл. 1), достоверные различия между лицами с ОПР и ПЗ обнаружились только по показателю «ценности достижения»: у ПЗ стремление к социальному одобрению более выражено, чем у лиц с ОПР.

Статистически значимых различий по результатам методики «СЖО» выявлено не было.

Таким образом, по суицидогенным факторам лица с ОПР и ПЗ практически не отличаются. Вместе с тем антисуицидальные факторы у лиц с ОПР менее выражены, чем у ПЗ.

2. Сравнительный анализ личностных факторов гетеро-и аутоагрессии у лиц с расстройством личности и у психически здоровых

Проагрессивные факторы. Статистически значимых различий между ПЗ и лицами с расстройством личности (РЛ) по тестам Вагнера и Розенцвейга и шкалам методики Басса-Дарки, отражающим агрессивность, выявлено не было: уровень мотива-

ционной, реактивной и диспозиционной агрессии у лиц с РЛ и ПЗ не отличается.

Ингибиторы агрессии. Среди социально-нормативных факторов в методике ММИЛ (табл. 2) значимые различия выявились по шкале 4: лица с РЛ по сравнению с ПЗ в большей степени склонны игнорировать социальные нормы и правила, морально-этические ценности. Это подтверждается и более высоким показателем у ПЗ фактора g (нормативность поведения) в опроснике Кеттелла.

Среди коммуникативных ингибиторов агрессии значимые различия между группами также обнаружены в опроснике Кеттелла (см. табл. 2) по фактору п (прямолинейность-дипломатичность): ПЗ чаще проявляют эмоциональную выдержанность в межличностном общении, чем лица с РЛ.

По данным методики Басса-Дарки (см. табл. 2), достоверные различия выявились по фактору «чувство вины»: у ПЗ более развит по сравнению с лицами с РЛ такой эмоциональный ингибитор агрессии, как чувство вины.

Среди диспозиционных ингибиторов агрессии в методике ММИЛ (см. табл. 2) значимые различия обнаружились по шкалам 3 и 6. Это свидетельствует о том, что лицам с РЛ в большей степени, чем ПЗ, присуще дисгармоничное сочетание подозрительности, склонности к действительным и мнимым обидам, с одной стороны, и стремления быть в

Таблица 2. Среднегрупповые значения показателей методик у психически здоровых (ПЗ) людей и лиц с расстройством личности (ОПР)

Методика Показатель Среднее значение ПЗ Среднее значение РЛ Уровень значимости

Методика Басса-Дарки «Чувство вины» 7,6 5,315 0,036

ММИЛ Шкала 3 23,3 31,052 0,009

Шкала 4 22,5 27,947 0,024

Шкала 6 16 21,263 0,031

Опросник Кеттелла Фактор д 14,1 10,684 0,044

Фактор п 13,3 11,789 0,044

«Индекс жизненного стиля» «Вытеснение» 3,8 6,157 0,043

«Замещение» 3,6 6,473 0,018

«Интеллектуализация» 6,8 5,052 0,015

«Неоконченные фразы» «Конкретные перспективы» 8,4 5,315 0,001

«Рационализация» 1,2 0,631 0,038

СУДЕБНАЯ ПСИХИАТРИЯ

Таблица 3. Среднегрупповые значения показателей методик у лиц с органическим психическим расстройством (ОПР) и лиц с расстройством личности(РЛ)

Методика Показатель Среднее значение ОПР Среднее значение РЛ Уровень значимости

Тест Розенцвейга I/ 1,055 0,368 0,038

«Интрапунитивные реакции» 6,889 4,763 0,049

Опросник Кеттелла Фактор q3 13 9,631 0,022

#

центре внимания, вытеснять из сознания факторы, вызывающие тревогу, — с другой.

Достоверные различия между психологическими защитами лиц с РЛ и ПЗ (методика «Индекс жизненного стиля», табл. 2) по механизмам «вытеснение» (вытеснение из сознания вызывающих тревогу факторов), «замещение» (перенаправление гнева и враждебности на менее опасные или более доступные, по сравнению с первоначальным источниками, объекты) и «интеллектуализация» (инверсия негативных переживаний с помощью логических манипуляций).

По способам совладания со стрессовыми и проблемными для личности ситуациями (интеллектуальные ингибиторы агрессии) статистически значимых различий между ПЗ и лицами с РЛ выявлено не было.

В целом ПЗ обладают несколько более широким спектром ингибиторов агрессии, чем лица с РЛ.

Суицидогенные и антисуицидальные факторы.

Результаты методики «Неоконченные фразы» (см. табл. 2) выявили статистически значимые различия по факторам «конкретные перспективы» и «рационализация»: при столкновении с фрустрирующи-ми ситуациями ПЗ по сравнению с лицами с РЛ будут чаще применять осознанный выбор действия, направленного на разрешение ситуации, и снижать тревогу путем поиска рационального объяснения случившемуся.

Достоверных различий между ПЗ и лицами с РЛ по результатам методик Шварца и СЖО (ценностные ингибиторы гетеро- и аутоагрессии) выявлено не было.

Таким образом, наличие суицидогенных факторов не является специфичным для сравниваемых групп подэкспертных. Антисуицидальные же факторы несколько более выражены у ПЗ по сравнению с лицами с РЛ.

3. Сравнительный анализ личностных факторов гетеро- и аутоагрессии у лиц с расстройством личности и у лиц с органическим психическим расстройством

Проагрессивные факторы. Статистически значимых различий между лицами с ОПР и РЛ по результатам методик Вагнера и Басса-Дарки и показателями агрессивности в тесте Розенцвейга выявлено не было: выраженность мотивационной, реактивной и агрессии как черты личности для этих нозологических групп не является специфичным.

Ингибиторы агрессии. Среди социально-нормативных факторов в опроснике Кеттелла (табл. 3) значимые различия выявились по фактору д3 (самоконтроль), показатель которого выше среди лиц с ОПР, что свидетельствует о том, что им легче контролировать свои эмоции и поведение по сравнению с лицами с РЛ.

В тесте Розенцвейга (см. табл. 3) достоверные различия (выше у лиц с ОПР) выявились только по показателю «I/» (неловкость перед источником фрустрации) и суммарному показателю «Интрапунитивные реакции» (склонность к самообвинению при столкновении с фрустрирующими обстоятельствами).

По коммуникативным, эмоциональным, диспози-ционным, интеллектуальным ингибиторам агрессии, а также по выраженности защитных механизмов статистически значимых различий выявлено не было.

Таким образом, количество ингибиторов агрессии незначительно больше среди лиц с ОПР по сравнению с лицами в РЛ.

Суицидогенные и антисуицидальные факторы. Статистически достоверных различий между лицами с ОПР и РЛ по результатам методики «Неоконченные фразы» (суицидогенные и антисуицидальные факторы), методики Шварца и СЖО (ценностные ингибиторы гетеро- и аутоагрессии) выявлено не было.

Обсуждение

Одним из основополагающих методологических принципов психологического исследования мотивации и механизмов поведения является не только учет взаимодействия личностных и ситуационных факторов, но и системный анализ взаимодействия различных сторон организации личности, как способствующих проявлению агрессивных (или суицидальных) побуждений и намерений, так и препятствующих их проявлению (своеобразных личностных ингибиторов гетеро- и аутоагрессии).

Результаты исследования соотношения про- и антиагрессивных, про- и антисуицидальных личностных факторов у подэкспертных с психическими расстройствами, не исключающими вменяемости, которые совершили акты агрессии и по отношению к другим лицам, и по отношению к себе, свидетельствуют о наличии по крайней мере двух закономерностей. Первая из них заключается в том, что по выраженности проагрессивных и

20

А.С. Калашникова, Ф.С. Сафуанов

просуицидальных факторов лица с пограничными психическими расстройствами не отличаются от психически здоровых лиц. Вторая — в том, что основные различия между лицами без психических расстройств и с психическими аномалиями выявляются в уровне выраженности личностных структур, отвечающих за регуляцию и контроль гетеро- или аутоагрессивных тенденций. Лица с органическими психическим расстройством и с расстройством личности в целом по сравнению с психически здоровыми обнаруживают менее развитые личностные ингибиторы агрессивности, что, вероятней всего, и происходит вследствие формирования личности под влиянием самого психического расстройства.

Это означает, что в практическом плане при клинико-психологическом анализе криминальной агрессии или суицидального поведения нельзя ограничиваться только диагностикой личностных особенностей или психических состояний, способствующих проявлению гетеро- или аутоагрессии. Агрессивные преступления могут совершать лица, не обладающие высокой степенью агрессивности, и, наоборот, высокая агрессивность не всегда предполагает, что она будет прямо обнаружена в поведении. В конечном счете, проявления агрессивности в реальных действиях зависят от выраженности личностных структур, оказывающих тормозящее влияние на личностную агрессивность. То же относится и к объяснению механизмов ауто-агрессивного поведения.

Еще два немаловажных практических вывода касаются судебно-психиатрической и комплексной судебной психолого-психиатрической оценки ограниченной способности подэкспертных с психическими расстройствами осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий или руководить ими при совершении ООД (ч. 1 ст. 22 УК РФ) и оценки вероятности причинения такими лицами существенного вреда либо с опасностью для себя и/или окружающих (ч. 2 ст. 22, ст. 97 УК РФ).

Во-первых, при судебно-экспертном определении ограниченной способности к осознанной регуляции противоправных действий, по данным Т.Б. Дмитриевой, А.Р. Мохонько, Л.А. Муганцевой

за 2007 г. [21], следует, что под эту категорию подпали 8,96% из всех лиц с органическим психическим расстройством, признанных вменяемыми, и только 2,37% из лиц с расстройством личности, признанных вменяемыми. Между тем, по данным нашего исследования, у подэкспертных с расстройством личности личностные структуры, оказывающие тормозящее влияние на криминальную агрессию, менее выражены, чем у обвиняемых с органическим психическим расстройством, при примерно одинаковом уровне агрессивности, т.е. у них менее развиты личностные структуры, отвечающие как раз за произвольную регуляцию агрессивного поведения. Такое противоречие порождает вопрос о возможной гиподиагностике так называемой ограниченной вменяемости у лиц, страдающих расстройством личности. Между тем введение института «ограниченной вменяемости» преимущественно и обосновывалось особенностями личностной организации при психопатиях [3]. Представляется целесообразным анализ этой проблемы и рассмотрение различных вероятных ее причин: от возможной гипердиагностики органического личностного расстройства после введения МКБ-10 до предположения о недостаточном внимании к квалификации юридического критерия «ограниченной вменяемости».

Во-вторых, следует обратить внимание на то, что при определении степени общественной опасности обвиняемых с психическими расстройствами, не исключающими вменяемости, судебно-экспертные комиссии зачастую ограничиваются оценкой риска либо повторных только гетероагрессивных действий, либо только аутоагрессивных актов (по отдельности). Проведенное исследование ставит проблему совокупной клинико-психологической судебно-экспертной оценки опасности и для себя, и для окружающих. Представляется, что диагностика выраженных проагрессивных и просуицидаль-ных факторов при недостаточной сформированнос-ти личностных ингибиторов гетеро- и аутоагрессии у одного и того же обвиняемого с психическим расстройством, не исключающим вменяемости, может служить одним из оснований для назначения принудительных мер медицинского характера, сопряженных с исполнением наказания.

Сведения об авторах

Калашникова Анна Сергеевна — научный сотрудник лаборатории судебной психологии ФГУ «Государственный научный центр социальной и судебной психиатрии им. В.П. Сербского» E-mail [email protected]

Сафуанов Фарит Суфиянович — доктор психологических наук, профессор, руководитель лаборатории судебной психологии ФГУ «Государственный научный центр социальной и судебной психиатрии им. В.П. Сербского» E-mail: [email protected]

Российский психиатрический журнал № 4, 2010 21

СУДЕБНАЯ ПСИХИАТРИЯ

Литература

#

1. Агазаде Н.В. Аутоагрессивные явления в клинике психических болезней: Автореф. дис. … канд. мед. наук. — М., 1989.

2. Амбрумова А.Г., Тихоненко В.А. Диагностика суицидального поведения: Методические рекомендации. — М., 1980.

3. Антонян Ю.М., Бородин С.В. Преступность и психические аномалии. — М., 1987.

4. АнтонянЮ.М., ГульданВ.В. Криминальная патопсихология. -М., 1991.

5. Березин Ф.Б., Мирошников М.П., Рожанец Р.В. Методика многостороннего исследования личности в клинической медицине и психогигиене. — М., 1976.

6. Васильев В.В. Суицидальное поведение при пограничных психических расстройствах (обзор литературы) // Рос. психиатр. журн. — 2008. — № 5. — С. 11-21.

7. Вассерман Л.И., Ерышев ОФ, Клубова Е.Б. и др. Психологическая диагностика индекса жизненного стиля. — СПб., 1999.

8. Вассерман Л.И., Иовлев Б.В., Исаева Е.Р. и др. Методика для психологической диагностики способов совладания со стрессовыми и проблемными для личности ситуациями. -СПб., 2009.

9. Войцех В.Ф., Холодова Е.М., Цупрун В.Е. и др. Соотношение суицидальности и криминальной агрессии в амбулаторной психиатрической практике // Соц. и клин. психиатр. -2008. — № 3. — С. 13-20.

10. Гульдан В.В. Мотивация преступного поведения психопатических личностей // Криминальная мотивация. — М., 1986. -С. 189-250.

11. Дмитриева Т.Б., Антонян Ю.М., Горинов В.В., Шостакович Б.В. Психопатологические и криминологические аспекты агрессивного поведения лиц с психическими расстройствами // Рос. психиатр. журн. — 1999. — № 4. — С. 4-9.

12. Дмитриева Т.Б., Шостакович Б.В., Горинов В.В. и др. Мужчины, обвиненные в убийствах (клинико-социальная характеристика) // Агрессия и психическое здоровье — СПб, 2002. -С. 45-64.

13. Кабанов М.М., Личко А.Е., Смирнов В.М. Методы психологической диагностики и коррекции в клинике. — Л., 1983.

14. Карандашев В.Н. Методика Шварца для изучения ценностей личности: концепция и методическое руководство. -СПб.: Речь, 2004.

15. Кондратьев Ф.В. Общественно опасные деяния психически больных (анализ формирования опасных тенденций и причин их реализации) // Первый съезд психиатров социалистических стран. — М., 1987. — С. 351-357.

16. Корнетов А.Н. Клинико-эпидемиологические данные о суицидальных попытках в подростково-юношеском возрасте // Материалы XIII съезда психиатров России. — М., 2000. -С. 315-316.

17. Красильников Г.Т., Мартьянова Е.В. Клинико-социальное значение гетероагрессии и аутоагрессии // Материалы Первого национального конгресса по социальной психиатрии. — М., 2004. — С. 72-73.

18. Леонтьев Д.А. Тематический апперцептивный тест. — М., 1998.

19. Леонтьев Д.А. Тест смысложизненных ориентаций. -М., 2000.

20. Мальцева М.М, Котов В.П. Опасные действия психически больных. — М., 1995.

21. Основные показатели деятельности судебно-психиатри-ческой экспертной службы Российской Федерации в 2007 году: Аналитический обзор / Под ред. Т.Б. Дмитриевой. -М.: ФГУ «ГНЦ ССП Росздрава», 2008. — Вып. 16.

22. Остроглазов В.Г. Психопатологическое исследование суи-цидентов // Материалы XIII съезда психиатров России. -М., 2000. — С. 317.

23. Психологические тесты / Под ред. А.А. Карелина: В 2 т. -М., 2003. — Т. 2. — С. 77-85.

24. Ратинова Н.А. Тест Руки Вагнера // Практикум по психодиагностике. — М., 1989. — С. 83-90.

25. Сафуанов Ф.С. Психология криминальной агрессии. — М., 2003.

26. Тарабрина Н.В. Экспериментально-психологическая методика изучения фрустрационных реакций: Методические рекомендации. — Л., 1984.

27. Тихоненко В.А, Сафуанов Ф.С. Введение в суицидологию // Медицинская и судебная психология. Курс лекций: Учебное пособие. — М., 2004. — С. 266-283.

28. Тихоненко В.А,, Цупрун В.Е. Факторы суицидального риска в популяции больных психоневрологического диспансера // Научные и организационные проблемы суицидологии. -М., 1983. — С. 133-141.

29. Цупрун В.Е. Особенности суицидоопасного контингента больных психоневрологического диспансера // Материалы Пятого Всероссийского съезда невропатологов и психиатров. Т. 3. — М., 1985. — С. 362-363.

30. Чуркин А.А,, Дикий ИЛ., Кулагина Н.Е. Клинико-профи-лактические аспекты аутоагрессивного поведения после совершенного правонарушения // Психическое здоровье населения России: Материалы Всерос. науч.-практ. конф. -Москва; Ижевск, 1994. — С. 78-81.

31. BaxterD., ApplebyL. Case register study of suicide risk in mental disorders // Br. J. Psychiatry. — 1999. — Vol. 175. — P. 322-326.

32. Cheng A.T., Mann A.H., Chan K.A. Personality disorder and suicide. A case-control study // Br. J. Psychiatry. — 1997. — Vol. 170. — P. 441-446.

33. Hillbrand Marc. Aggression against self and aggression against others in violent psychiatric patients // J. Consult. Clin. Psychol. -1995. — Vol. 63, N 4. — P. 668-671.

34. Krysinska K., Heller T.S., De Leo D. Suicide and deliberate self-harm in personality disorders // Curr. Opin. Psychiatry. — 2006. -Vol. 9, N 1. — P. 95-101.

35. Marzuk P.M., Tardiff K., Hirsch C.S. The epidemiology of murder-suicide // JAMA. — 1992. — Vol. 267. — P. 3179-3183.

36. Plutchik R., van Praag H.M.. Psychosocial correlates of suicide and violence risk // Violence and Suicidality: Perspectives in Clinical and Psychobiological Research / Eds H. van Praag, R. Plutchik, A. Apter. — New York: Brunner/Mazel, 1990. — P. 37-65.

37. Portzky G., Audenaert K., van Heeringer K. Suicide among adolescents. A psychological autopsy study of psychiatric, psychosocial and personality-related risk factors // Soc. Psychiatry Psychiatr. Epidemiol. — 2005. — Vol. 40, N 11. -P. 922-930.

22

Клиническая психолгия | Портал для абитуриентов ПГМУ имени академика Е. А. Вагнера

КЛИНИЧЕСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ

 

Квалификация выпускника — Клинический психолог

Нормативный срок освоения программы — 5,5 лет

Форма обучения – очная (внебюджетная)

Клиническая психология —  психологическая специальность  широкого профиля, имеющая межотраслевой характер и участвующая в решении задач  в системе здравоохранения,  народного образования  и социальной помощи  населению.

Клиническая психология – одно из ведущих и наиболее интенсивно развивающихся направлений современной психологии. В соответствии со своей фундаментальной и специальной подготовкой клинический психолог может выполнять профессиональные обязанности не только в учреждениях здравоохранения, образования, социальной помощи населению, но и в сфере управления, производства и бизнеса, в разных кадровых, профориентационных службах, психологической помощи, МЧС.

Клинические психологи активно включаются в решение круга задач охраны психического здоровья подрастающего поколения, работая в детских дошкольных заведениях, в школах, в детских санаториях-профилакториях, в интернатах для детей с задержкой и недоразвитием психики, в Центрах коррекционной и лечебной педагогики, в службах семьи и детства и др.

Все более активно клинические психологи привлекаются для работы в службах социальной защиты населения. Сегодня их можно встретить в центрах занятости, службах по подбору кадров, учреждениях социальной помощи населению, службах планирования семьи, центрах психологической помощи жертвам насилия, социальных, стихийных и природных катастроф, в службах кризисных состояний и многих других.

Работа клинического психолога направлена на повышение психологических ресурсов и адаптационных возможностей человека, гармонизацию психического развития, охрану здоровья, профилактику и преодоление недугов, психологическую реабилитацию.

Предмет клинической психологии как научно-практической дисциплины:

  • Психические проявления различных расстройств.
  • Роль психики в возникновении, течении и предупреждении расстройств.
  • Влияние различных расстройств на психику.
  • Нарушения развития психики.
  • Разработка принципов и методов исследования в клинике.
  • Психотерапия, проведение и разработка методов.
  • Создание психологических методов воздействия на психику человека в лечебных и профилактических целях.

Осваивая фундаментальные общепсихологические и клинико-психологические дисциплины, студенты знакомятся с прикладными предметами, посвященными специальным аспектам будущей профессии.

Особое внимание уделяется обучению различным диагностическим методикам и приемам психологического воздействия. Важным элементом подготовки являются специальные практикумы, которые проводятся непосредственно на базе разных медицинских и образовательных. Студенты обучаются навыкам применения диагностических и психокоррекционных методик в реальной ситуации общения с больными, вырабатывают навыки индивидуальной и групповой работы, как с больными, так и со здоровыми людьми.

Как генетика влияет на опасность получить психическое расстройство?

По результатам последних исследований, 10,7% людей во всем мире страдает психическими заболеваниями. Лидирующие позиции занимает тревожное расстройство (3,8%), депрессия (3,4%), расстройства, вызванные употреблением алкоголя (1,4%) и наркотиков (0,9%). Однако после того как всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) объявила о распространении коронавирусной инфекции, показатель распространенности психических заболеваний вырос и варьируется в разных странах. В этом материале разбираемся, какие факторы приводят к возникновению психических расстройств и как снизить риски.

Содержание

Что такое психические расстройства?

Психические расстройства — это широкий спектр состояний, который включает когнитивные, эмоциональные и поведенческие изменения, приводящие к нарушению нормального функционирования человека. Диагноз психического расстройства устанавливает только врач-психиатр с опорой на международную классификацию болезней (МКБ-10).

К психическим расстройствам относится широкий круг заболеваний: аффективные расстройства (депрессия, биполярное расстройство), расстройства личности, психогенные заболевания (неврозы), шизофрения и так далее. Каждому из них соответствуют специфические симптомы, которые наблюдаются в течении продолжительного времени. Так, например, для параноидной шизофрении характерен бред, часто сопровождающийся слуховыми галлюцинациями, а депрессию определяет пониженное настроение, падение активности и энергичности и изменения аппетита.

Плохое настроение и нежелание что — либо делать часто встречается и в повседневной жизни, но далеко не всегда стоит поднимать тревогу. Эти проявления считаются симптомами психических расстройств только при наличии стойкого, продолжительного характера и отрицательного влияния на профессиональную или социальную жизнь человека.

То есть плохое настроение может стать симптомом, если оно устойчиво и мешает повседневному и профессиональному функционированию.

Мозг, гены и окружающая среда: как все это связано?

Гены

Чтобы оценить роль наследуемости в возникновении психических расстройств, проводились исследования родственников больных различной патологии. Результаты показывают, что родители, братья и сестры больных шизофренией могут унаследовать заболевание с вероятностью 6% – 12%, депрессию 11% – 19%. Исследования монозиготных близнецов показали еще больший процент наследования шизофрении (44%), депрессии (от 40% до 50% по разным исследованиям), тревожного расстройства (30 – 50%). Все эти результаты наглядно демонстрируют влияние генетического фактора в возникновении психических расстройств.

Если глубже разобраться в вопросе, окажется, что генетический риск возникновения психического заболевания обусловлен влиянием нескольких генов и их вариаций, а не поломкой какого-то одного гена. Так, например, по результатам одного исследования с выборкой в 80 тысяч человек установлено, что существует около 100 генов, влияющих на риск развития шизофрении.  Схожую картину можно увидеть и для других психопатологий.

Мозг

Обнаруженные гены-кандидаты, потенциально влияющие на риск возникновения различных психических расстройств, в основном не специфичны для какого-то конкретного заболевания. В большинстве случаев это гены, связанные с функционированием клеток головного мозга и медиаторов, то есть химических веществ — переносчиков сигналов между клетками. Таким образом, вариации в генах-кандидатах приводят к нарушениям в работе нервных клеток, медиаторах и нейронных сетях в целом. Такая цепочка изменений лежит в основе симптомов психических заболеваний, которые проявляются в эмоциональной, когнитивной и поведенческой сфере.

Так, например, модификация в гене-кандидате SLC6A4, связанном с работой серотонина, одного из медиаторов нервной системы, приводит к нарушению распознавания эмоций, что отмечается при шизофрении.

Окружающая среда

Вернемся к близнецовым исследованиям. Как мы убедились ранее, генетические исследования не объясняют всех случаев возникновения психических расстройств. Однако сочетание генетических и средовых факторов наиболее полно раскрывает природу психопатологий. К широкой группе факторов, увеличивающих риск развития психических заболеваний, относят различные неблагоприятные воздействия на человека, исходящие извне: стресс, эпизоды физического или сексуального насилия, черепно-мозговая травма, низкий социально-экономический статус и так далее.

Таким образом, природа возникновения психических расстройств сложна и не укладывается в рамки законов наследования, описанных учёными.

Гораздо вероятнее, что вариации в генах-кандидатах создают биологическую уязвимость, которая, вместе с неблагоприятными средовыми воздействиями, приводит к появлению психических расстройств.

Как уменьшить риск психического заболевания?

Нет верного способа предотвратить психические заболевания, однако можно контролировать некоторые факторы внешней среды и реакцию на них. Так, среди основных защитных факторов выделяют:

·        Наличие навыков преодоления трудностей и проблем;

·        Навыки эмоциональной саморегуляции;

·        Хорошие отношения с окружающими, в семье, на работе;

·        Финансовая стабильность;

·        Занятия спортом.

Узнать больше о своих генетических особенностях, уникальных чертах и рисках можно с помощью Генетического теста Атлас.

American Mental Wellness Association

Efimova et.al., The effect of the serotonin transporter 5-HTTLPR polymorphism on the recognition of facial emotions in schizophrenia,2014

Lohoff FW. Overview of the genetics of major depressive disorder,2010

McGue et.al., The genetic epidemiology of schizophrenia and the design of linkage studies, 19991

Nishioka et.al., DNA methylation in schizophrenia: progress and challenges of epigenetic studies, 2012

Nochaiwong et.al., Global prevalence of mental health issues among the general population during the coronavirus disease-2019 pandemic: a systematic review and meta-analysis,2021

Saloni et.al., Mental Health, 2021

Smoller et al., The genetics of stress-related disorders: PTSD, Depression, and Anxiety Disorders, 2016

РОЛЬ «МОДЕЛИ ПСИХИЧЕСКОГО» В КООРДИНАЦИИ И ОБЪЕДИНЕНИИ ВНИМАНИЯ В ОРИЕНТИРОВОЧНОЙ ЧАСТИ СОВМЕСТНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ДОШКОЛЬНИКОВ | Смирнова

1. Ахутина Т.В., Засыпкина К.В., Романова А.А. Предпосылки и ранние этапы развития речи: новые данные // Вопросы психолингвистики. 2013. Т. 17, №1. С. 20-43.

2. Кандида Роса Сэкейра Пикадо. Внимание в структуре совместной деятельности: дис. … канд. психол. наук: 19.00.01. Киев, 1989. 128 с.

3. Королева Н.А., Сергиенко Е.А. Генезис соотношения модели психического и символических функций в дошкольном возрасте // Психологические исследования. 2017. Т. 10, №52. С.9.

4. Сергиенко Е.А. Модель психического как интегративное понятие в современной психологии // Психологические исследования. 2017. Т. 10, №54. С.7.

5. Сергиенко Е.А., Лебедева Е.И., Прусакова О.А. Модель психического как основа становления понимания себя и другого в онтогенезе человека. М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2009. 415 с.

6. Страхов В.И. Внимание в процессе деятельности: автореф. дис. … д-ра психол. наук. М., 1975. 50 с.

7. Страхов В.И. Психология внимания: учебное пособие. Вып.3. Саратов: Изд-во Саратовского университета, 1992. 128 с.

8. Тарасова Л.E. Формирование коллективного внимания младших школьников: автореф. дис. … канд. психол. наук. Саратов, 1999. 18 с.

9. Тарасова Л.E., Страхов В.И., Романова Т.А. Коллективное внимание. Саратов: Изд-во педагогического института, 1997. 104 с.

10. Adamson L.B. Communication development during infancy. Madison WI: Brown and Benchmark Publishers, 1996. 256 р.

11. Akhtar N., Carpenter M., Tomasello M. The role of discourse novelty in early word learning // Child Development. 1996. Vol. 67, no. 2. Рр. 635-645. DOI: 10.2307/1131837.

12. Baldwin D.A. Understanding the link between joint attention and language // Joint attention: Its origins and role in development / eds. C. Moore, P.J. Dunham. Hillsdale, NJ: Erlbaum, 1995. Рр. 131-158.

13. Baron-Cohen S. Mind Blindness. Cambridge, MA: MIT Press, 1995. 198 р.

14. Boesch C., Boesch H. Hunting behavior of wild chimpanzees in the Taï-National Park // American Journal of Physical Anthropology. 1989. Vol. 78, no. 4. Рр. 547-573. Available at: https://www.eva.mpg.de/fileadmin/content_files/staff/boesch/pdf/am_jour_phys_anth_hunt_behav.pdf (accessed: 05.06.2018).

15. Bruner J. Child’s talk: Learning to Use Language. New York, 1985. 144 р.

16. Butterworth G., Franco F. Motor development: communication and cognition // Kalverboer L., Hopkins B., Gueze R.H. (eds) // Motor Development in Early and Later Childhood: Longitudinal Approaches. Cambridge: Cambridge University Press, 1993. Pp. 153-165. Available at: https://doi.org/10.1017/CBO9780511663284.012 (accessed: 05.06.2018).

17. De Jaegher H., Di Paolo E., Gallagher S. Can social interaction constitute social cognition? // Trends cognitive sciences. 2010. Vol. 14, no. 10. Pр. 441-447. DOI: 10.1016/j.tics.2010.06.009

18. Emery N.J. The eyes have it: the neuroethology, function and evaluation of social gaze // Neuroscience and Biobehavioral Reviews. 2000. Vol. 24. Рр. 581-604. Available at: http://www.ece.uvic.ca/~bctill/papers/facerec/Emery2000.pdf (accessed: 05.06.2018).

19. Fiebich A., Gallagher S., Hutto D. Pluralism, interaction and the ontogeny of social cognition // Kiverstein J. (ed) Routledge Handbook of Philosophy of the Social Mind. London: Routledge, 2017. Pp.208-221.

20. Gallagher S.,Hutto D. Understanding others through primary interaction and narrative practice // Zlatev J., Racine T., Sinha C., Itkonen E. (eds) The Shared Mind: Perspectives on Intersubjectivity. Amsterdam: John Benjamins, 2008. Рp. 17-38.

21. Knoblich G., Sebanz N. Evolving intentions for social interaction: from entrainment to joint action // Philosophical Transactions of the Royal Society B: Biological Sciences. 2008. Vol. 363, no.1499. Рр. 2021-2031. doi: 10.1098/rstb.2008.0006

22. Ibanez L.V., Caroline J, Grantz, Daniel S. Messinger. The Development of Referential Communication and Autism Symptomatology in High-Risk Infants // Infancy. 2013. Vol. 18, no. 5. Pp. 687-707. DOI: 10.1111/j.1532-7078.2012.00142.x

23. MacPherson A.C., Moore C. Attentional control by gaze cues in infancy / eds. R. Flomm, K. Lee, D. Muir // Gaze-Following: Its Development and Significance Mahwah, NJ: Lawrence Erlbaum Associates, 2007. Pp. 53-76.

24. McClung J.S., Placi S., Bangerter A., Clement F., Bshary R. The language of cooperation: shared intentionality drives variation in helping as a function of group membership // The Royal Society. 2017. Vol. 284, issue 1863. DOI: https://doi.org/10.1098/rspb.2017.1682

25. Moll H., Richter N., Carpenter M., Tomasello M. Fourteen-Month-Olds Know What «We» Have Shared in a Special Way // Infancy. 2008. Vol. 13, no. 1. Рр. 90-101. DOI: 10.1080/15250000701779402.

26. Moll H., Tomasello M. Cooperation and human cognition: the Vygotskian intelligence hypothesis // Philosophical Transactions of the Royal Society B: Biological Sciences. 2007. Vol. 362, no. 1480. Рр. 639-648. DOI: 10.1098/rstb.2006.2000.

27. Moore C., Dunham P., Hillsdale N.J. Joint Attention: Its Origins and Role in Development. Lawrence Erlbaum Associates, 1995. 294 p.

28. Mundy P., Sullivan L., Mastergeorge A.M. A parallel and distributed-processing model of joint attention, social cognition, and autism // Autism research. 2009. Vol. 2, no. 1. Pр. 2-21. DOI: 10.1002/aur.61

29. Nowakowski M.E., Tasker S.L., Schmidt L.A. Establishment of joint attention in dyads involving hearing mothers of deaf and hearing children and its relation to adaptive social behavior // American Annals of the Deaf. 2009. Vol. 154, no. 1. Pр. 15-29.

30. Ozonoff S. Components of executive function in autism and other disorders // Russell J. (ed.) Autism as an executive disorder. Oxford: Oxford University Press, 1997. Pр. 179-211.

31. Risko E.F., Laidlaw K.E.W., Freeth M., Foulsham T., Kingstone A. Social attention with real versus reel stimuli: toward an empirical approach to concerns about ecological validity // Front. Hum. Neurosci. 2012. Vol. 6. Р. 143. DOI: 10.3389/fnhum.2012.00143

32. Scaife M., Bruner J. The capacity for joint visual attention in the infant // Nature. 1975. Vol. 253. Pр. 265-266.

33. Striano T., Chen X., Cleveland A., Bradshaw S. Joint attention social cues influence infant learning // European Journal of Developmental Psychology. 2006. Vol. 3, issue 3. Pp. 289-299. DOI: 10.1080/17405620600879779

34. Tipper S.P., Grison S., Kessler K. Long-term inhibition of return of attention // Psychological Science. 2003. Vol. 14, issue 1. Рр. 19-25. DOI: 10.1111/1467-9280.01413

35. Tomasello M. A Natural History of Human Morality. Harvard: University Press, 2016. 208 p.

36. Tomasello M. Understanding and sharing of intentions: the origins of cultural cognition // Behavioral and Brain Sciences. 2005. Vol. 28, issue 5. Pр. 675-691. DOI: 10.1017/S0140525X05000129

37. Tomasello M., Moll H. Why don’t apes understand false beliefs? // Banaji M.R., Gelman S.A. (eds) Navigating the social world: What infants, children, and other species can teach us. Oxford: Oxford University Press, 2013. Рр. 81-87.

Цель психологических теорий

Существует множество психологических теорий, которые используются для объяснения и предсказания широкого спектра поведения. Одна из первых вещей, которую может заметить новый студент-психолог, это то, что есть много теорий, которые нужно изучить. Психоаналитическая теория Фрейда, психосоциальная теория Эриксона, теория Большой пятерки и теория социального научения Бандуры — вот лишь несколько примеров, которые могут прийти на ум.

Какова цель создания такого количества психологических теорий?

Почему существуют психологические теории

Эти теории служат ряду важных целей.Давайте рассмотрим три основные причины существования психологических теорий.

Они обеспечивают основу для понимания разума и поведения

Теории обеспечивают основу для понимания человеческого поведения, мышления и развития. Имея широкую основу для понимания того, как и почему в человеческом поведении, мы можем лучше понять себя и других.

Каждая теория обеспечивает контекст для определенного аспекта человеческого поведения. Поведенческие теории, например, обеспечивают основу для понимания того, как люди узнают что-то новое.Через призму этих теорий мы можем подробнее рассмотреть некоторые из различных способов обучения, а также факторы, влияющие на этот тип обучения.

Они вдохновляют будущие исследования

Теории создают основу для будущих исследований. Исследователи используют теории для формирования гипотез, которые затем можно проверить. По мере того, как новые открытия делаются и включаются в исходную теорию, можно исследовать новые вопросы и идеи.

Они могут адаптироваться и развиваться

Теории динамичны и постоянно меняются.По мере того, как делаются новые открытия, теории модифицируются и адаптируются для учета новой информации. Хотя теории иногда представляются как статичные и фиксированные, они имеют тенденцию развиваться со временем по мере изучения новых исследований.

Теория привязанности, например, началась с работ Джона Боулби и Мэри Эйнсворт и расширилась и разрослась, включив новые описания различных стилей привязанности.

Примеры основных теоретических взглядов

На протяжении всей истории психологии существовал ряд ключевых теоретических точек зрения.Даже сегодня многие психологи стремятся сосредоточить свои исследования через призму определенной теоретической точки зрения.

Теории, как правило, делятся на несколько различных типов.

  • Великие теории пытаются описать многие аспекты человеческого опыта. Примеры включают психоаналитическую теорию Фрейда и психосоциальную теорию Эриксона.
  • Мини-теории , с другой стороны, сосредоточены на описании лишь узкого диапазона поведения.
  • Возникающие теории — это те, которые являются более новыми и часто включают сочетание различных аспектов различных мини-теорий.Социокультурная теория Выготского является примером эмерджентной теории.

Некоторые примеры этих теорий включают:

  • Психоаналитическая теория: Психоаналитическая теория Зигмунда Фрейда предполагает, что бессознательные побуждения и желания управляют человеческим поведением. Эта точка зрения предполагает, что понимание этих лежащих в основе и скрытых мыслей может помочь облегчить различные виды психологического дискомфорта и стресса.
  • Теория поведения: Теории поведения предполагают, что любое человеческое поведение можно объяснить процессами обучения.Этот подход к психологии возник благодаря работам Джона Б. Уотсона, который был заинтересован в превращении психологии в более научную дисциплину, сосредоточенную исключительно на наблюдаемом и измеримом поведении. Процесс классического обусловливания Уотсон продемонстрировал, как можно обусловливать различное поведение. Более поздняя работа Б. Ф. Скиннера представила концепцию оперантного обусловливания, в которой рассматривалось, как подкрепление и наказание приводят к обучению.
  • Теория когнитивного развития: Жан Пиаже представил еще одну известную великую теорию. Его теория когнитивного развития описывала интеллектуальный рост детей от рождения до детства. Эта теория предполагает, что дети действуют во многом подобно маленьким ученым, поскольку они активно строят свои знания о мире.
  • Социокультурная теория Выготского: Русский психолог Лев Выготский предложил социокультурную теорию развития, которая является хорошим примером того, как новые теории часто основываются на старых теориях.Пиаже оказал влияние на Выготского, но его теория предполагала, что большая часть обучения является результатом динамического взаимодействия между людьми и их культурой.

Роль сознательного разума

В психоаналитической теории личности Зигмунда Фрейда сознательный разум состоит из всего, что находится внутри нашего сознания. Это аспект нашей мыслительной обработки, о котором мы можем думать и говорить рациональным образом.

Сознательный разум включает в себя такие вещи, как ощущения, восприятия, воспоминания, чувства и фантазии внутри нашего текущего осознания.Тесно связано с сознательным умом предсознание (или подсознание), которое включает в себя вещи, о которых мы не думаем в данный момент, но которые мы можем легко привлечь к сознательному осознанию.

Вещи, которые сознательный ум хочет скрыть от осознания, вытесняются в бессознательный ум. Хотя мы не осознаем эти чувства, мысли, побуждения и эмоции, Фрейд считал, что бессознательное все еще может влиять на наше поведение.

Вещи, находящиеся в бессознательном, доступны сознанию только в замаскированной форме.Например, содержимое бессознательного может просочиться в сознание в форме снов. Фрейд считал, что, анализируя содержание снов, люди могут обнаружить влияние бессознательного на их сознательные действия.

Метафора айсберга

Фрейд часто использовал метафору айсберга для описания двух основных аспектов человеческой личности. Верхушка айсберга, возвышающаяся над водой, представляет сознательный разум. Как вы можете видеть на изображении сверху, сознательный разум — это всего лишь «верхушка айсберга».«Под водой находится гораздо большая часть айсберга, представляющая бессознательное.

Хотя сознательное и предсознательное важны, Фрейд считал, что они гораздо менее важны, чем бессознательное.

То, что скрыто от сознания, по мнению Фрейда, оказывает наибольшее влияние на нашу личность и поведение.

Сознательные и подсознательные различия

Сознательный ум включает в себя все вещи, которые вы в настоящее время осознаете и о которых думаете.Она чем-то похожа на кратковременную память и имеет ограниченные возможности. Ваше осознание себя и окружающего мира является частью вашего сознания.

Предсознательный разум, также известный как подсознательный разум, включает в себя вещи, о которых мы можем не знать в данный момент, но которые мы можем при необходимости осознать.

Возможно, в настоящее время вы не думаете о том, как выполнить деление в большую сторону, но вы можете получить доступ к информации и довести ее до сознания, когда столкнетесь с математической задачей.Предсознательный разум — это часть разума, соответствующая обычной памяти. Эти воспоминания бессознательны, но мы можем вернуть их в сознательное сознание в любое время.

Предсознательный разум

Хотя эти воспоминания не являются частью вашего непосредственного осознания, их можно быстро осознать с помощью сознательных усилий. Например, если бы вас спросили, какое телешоу вы смотрели вчера вечером или что ели на завтрак сегодня утром, вы бы извлекли эту информацию из своего подсознания.

Полезный способ думать о предсознании состоит в том, что оно действует как своего рода привратник между сознательной и бессознательной частями разума. Он позволяет только определенным фрагментам информации проходить и попадать в сознание.

Номера телефонов и номера социального страхования также являются примерами информации, хранящейся в вашем подсознании. Хотя вы не ходите, сознательно думая об этой информации все время, вы можете быстро извлечь ее из своего подсознания, когда вас попросят связать эти числа.

В метафоре Фрейда об айсберге предсознание существует прямо под поверхностью воды. Вы можете увидеть темную форму и очертания затонувшего льда, если сосредоточитесь и приложите усилия, чтобы увидеть его.

Как и бессознательное, Фрейд считал, что предсознательное может влиять на сознательное сознание. Иногда информация из подсознания всплывает на поверхность неожиданным образом, например, во сне или в результате случайных оговорок (известных как оговорки по Фрейду). поведение.

Введение в область психологии

Определение психологии

Психология — это научное исследование психических процессов и поведения человека.

Цели обучения

Определите основные отрасли психологии

Ключевые выводы

Ключевые моменты
  • Психология — академическая и прикладная дисциплина, целью которой является изучение поведения, психических функций и эмоциональных процессов человека.
  • Психологи исследуют, как психические и эмоциональные факторы влияют на индивидуальное развитие и поведение и как на эти факторы могут влиять физиологические и биологические процессы.
  • Клинические психологи занимаются диагностикой и лечением психических заболеваний; обычно они работают непосредственно с клиентами, используя различные формы терапевтического лечения.
  • Психологи-исследователи используют научные методы для изучения широкого круга тем, связанных с психическим здоровьем и поведением.
Основные термины
  • психосоциальный : Имеющий как психологические, так и социальные элементы.
  • когнитивный : Часть умственного функционирования, связанная с логикой и воспоминаниями, в отличие от аффективного функционирования, связанного с эмоциями.
  • социокультурный : Относящийся как к обществу, так и к культуре.

Психология — это академическое и прикладное исследование психических функций и поведения. Слово «психология» происходит от двух специфических греческих слов: psyche, , что означает «душа», «жизнь» или «разум», и logia, , что означает «изучение».Проще говоря, психология — это изучение разума.
Главной целью психологии является понимание поведения, психических функций и эмоциональных процессов человека.
Эта область, в конечном счете, направлена ​​на то, чтобы принести пользу обществу, отчасти благодаря тому, что она направлена ​​на лучшее понимание психического здоровья и психических заболеваний.

Большинство психологов можно отнести к социальным, поведенческим или когнитивным ученым. Психологи изучают множество различных областей, включая биологические основы, психическое благополучие, изменения и развитие с течением времени, себя и других, а также потенциальные дисфункции.
Они исследуют, как психологические факторы взаимодействуют с биологическими и социокультурными факторами, влияя на индивидуальное развитие. Психологи пытаются понять не только роль психических функций в индивидуальном и социальном поведении, но и физиологические и биологические процессы, лежащие в основе когнитивных функций и поведения.

Биология, психология и общество формируют нашу жизнь : Психология стремится понять, как психологические факторы взаимодействуют с социокультурными и биологическими факторами, влияя на индивидуальное развитие.

Психология исследует такие понятия, как восприятие, познание, внимание, эмоции, феноменология, мотивация, функционирование мозга, личность, поведение, устойчивость, бессознательное и межличностные отношения. Полученные знания затем применяются в различных сферах человеческой деятельности, включая проблемы повседневной жизни людей и лечение психических заболеваний. Психология была описана как «центральная наука», потому что психологические исследования связаны с социальными науками, естественными науками, медициной и гуманитарными науками (такими как философия).

Клиническая и неклиническая психология

Клиническая психология занимается диагностикой и лечением психических расстройств и психических заболеваний. Психологи, работающие в клинической сфере (например, терапевты или консультанты), работают с клиентами, которые борются с психическими заболеваниями, чтобы оценить, диагностировать и реализовать различные формы терапевтического лечения. Большая часть этого лечения основана на клинических исследованиях.

В то время как клинические психологи, как правило, работают непосредственно с клиентами, неклинические психологи больше внимания уделяют исследованиям.Психологи-исследователи используют научные методы для изучения взаимосвязей между различными психосоциальными переменными и изучения широкого круга тем, связанных с психическими процессами и поведением. Исследователи и другие неклинические психологи часто работают на факультетах психологии университетов или преподают в других академических учреждениях (например, в медицинских школах или больницах). Некоторые из них работают в промышленных и организационных условиях, в медицинских учреждениях, в средствах массовой информации, в спорте или в судебно-медицинской экспертизе и других областях, связанных с законом.

Ранние корни психологии

Область психологии возникла как научная дисциплина в 19 веке, но ее корни восходят к античной философии.

Цели обучения

Опишите философские корни того, что позже станет областью психологии

Ключевые выводы

Ключевые моменты
  • Ранние греческие философы, такие как Сократ, Платон и Аристотель, исследовали такие темы, как удовольствие, боль, знание, мотивация, рациональность и психические заболевания — темы, которые сегодня часто обсуждаются в психологии.
  • В 17 веке французский математик и философ Рене Декарт предположил, что тело и разум являются отдельными сущностями. Эта концепция стала известна как дуализм.
  • Английские философы Томас Гоббс и Джон Локк не согласились с концепцией дуализма, утверждая вместо этого, что ощущения, образы, мысли и чувства являются физическими процессами, происходящими в мозгу.
  • Психология стала самостоятельной областью экспериментальных исследований в 1879 году, когда немецкий ученый Вильгельм Вундт основал первую лабораторию, посвященную исключительно психологическим исследованиям.
  • 90 035 Эдвард Б. Титченер расширил идеи Вундта и основал теорию структурализма, которая пыталась понять разум как сумму различных основных частей.
  • Функционализм, основанный Уильямом Джеймсом в конце 19 века, предложил альтернативу структурализму, сосредоточившись в основном на функциях разума.
Основные термины
  • дуализм : В психологии вера в то, что разум и тело являются отдельными сущностями.
  • монизм : В психологии убеждение в том, что разум и тело тесно связаны, а не являются отдельными сущностями.
  • психонейроиммунология : Изучение взаимодействия между поведенческими, нервными, эндокринными и иммунными функциями.

Многие культуры на протяжении всей истории размышляли о природе разума, сердца, души, духа и мозга. Философский интерес к поведению и разуму восходит к древним цивилизациям Египта, Греции, Китая и Индии. Психология была в значительной степени ветвью философии до середины 1800-х годов, когда она стала независимой научной дисциплиной в Германии и Соединенных Штатах.Эти философские корни сыграли большую роль в развитии области.

Ранняя философия

Приблизительно с 600 по 300 г. до н.э. греческие философы исследовали широкий круг тем, относящихся к тому, что мы сейчас называем психологией. Сократ и его последователи, Платон и Аристотель, писали о таких темах, как удовольствие, боль, знание, мотивация и рациональность. Они теоретизировали о том, являются ли человеческие черты врожденными или продуктом опыта, что до сих пор остается предметом дискуссий в психологии.Они также рассматривали происхождение психических заболеваний, причем и Сократ, и Платон сосредоточили внимание на психологических силах как на корне таких болезней.

Платон и Аристотель : Платон, Аристотель и другие древнегреческие философы исследовали широкий круг тем, относящихся к тому, что мы сейчас называем психологией.

17 век

Рене Декарт, французский математик и философ 1600-х годов, предположил, что тело и разум являются отдельными сущностями, и эта концепция стала известна как дуализм.Согласно дуализму, тело — это физическая сущность с научно измеримым поведением, тогда как разум — это духовная сущность, которую нельзя измерить, поскольку она выходит за пределы материального мира. Декарт считал, что они взаимодействуют только через крошечную структуру в основании мозга, называемую шишковидной железой.

Томас Гоббс и Джон Локк были английскими философами 17 века, которые не соглашались с концепцией дуализма. Они утверждали, что все человеческие переживания — это физические процессы, происходящие в мозге и нервной системе.Таким образом, их аргумент заключался в том, что ощущения, образы, мысли и чувства являются действительными предметами изучения. Поскольку эта точка зрения утверждает, что разум и тело — одно и то же, позже она стала известна как монизм. Сегодня большинство психологов отвергают жесткую дуалистическую позицию: многолетние исследования показывают, что физические и психические аспекты человеческого опыта глубоко переплетены. Области психонейроиммунологии и поведенческой медицины явно сосредоточены на этой взаимосвязи.

Психология как самостоятельная дисциплина

Первое использование термина «психология» часто приписывается немецкому философу-схоласту Рудольфу Гёкелю, опубликовавшему Psychologia hoc est de hominis perfectione, anima, ortu в 1590 году.Однако этот термин, по-видимому, использовался более чем шестью десятилетиями ранее хорватским гуманистом Марко Маруличем в названии его латинского трактата « Psichiologia de ratione animae humanae». Этот термин не стал широко использоваться до тех пор, пока немецкий философ-идеалист Кристиан Вольф не использовал его в своих Psychologia empirica и Psychologia Rationalis (1732–1734). В Англии термин «психология» обогнал «ментальную философию» в середине 19 века.

Вильгельм Вундт

Конец 19 века ознаменовал начало психологии как научного направления.Психология как самосознательная область экспериментальных исследований зародилась в 1879 году, когда немецкий ученый Вильгельм Вундт основал в Лейпциге первую лабораторию, посвященную исключительно психологическим исследованиям. Часто считающийся отцом психологии, Вундт был первым, кто назвал себя психологом и написал первый учебник по психологии под названием Принципы Физиологическая Психология.

Вундт считал, что изучение сознательных мыслей станет ключом к пониманию разума.Его подход к изучению разума был новаторским, поскольку он основывался на систематических и строгих наблюдениях, закладывая основу для современных психологических экспериментов. Он систематически изучал такие темы, как объем внимания, время реакции, зрение, эмоции и восприятие времени. Основным методом исследования Вундта был «самоанализ», который включает в себя обучение людей концентрироваться и сообщать о своих сознательных переживаниях, когда они реагируют на раздражители. Этот подход до сих пор используется в современных нейробиологических исследованиях; однако многие ученые критикуют использование интроспекции за отсутствие объективности.

Вильгельм Вундт

Многие считают Вильгельма Вундта основоположником психологии. Он заложил основу того, что позже стало теорией структурализма.

Структурализм

Эдвард Б. Титченер, английский профессор и ученик Вундта, расширил идеи Вундта и использовал их для создания теории структурализма. Эта теория пыталась понять разум как сумму различных основных частей и сосредоточивалась на трех вещах: (1) отдельных элементах сознания; (2) как эти элементы организованы в более сложные переживания; и (3) как эти психические явления соотносятся с физическими событиями.

Титченер пытался классифицировать структуры разума так же, как элементы природы классифицируются в периодической таблице, что неудивительно, учитывая, что в его время исследователи добились больших успехов в области химии. Он считал, что если бы можно было определить и классифицировать основные компоненты разума, то можно было бы определить структуру психических процессов и высшего мышления. Как и Вундт, Титченер использовал самоанализ, чтобы попытаться определить различные компоненты сознания; однако в его методе использовались очень строгие правила для отчета об интроспективном анализе.

Структурализм подвергался критике за то, что его предмет интереса — сознательный опыт — было нелегко изучить с помощью контролируемого экспериментирования. Его опора на самоанализ, несмотря на жесткие правила Титченера, подверглась критике за отсутствие надежности. Критики утверждали, что самоанализ невозможен и что самоанализ может дать разные результаты в зависимости от субъекта.

Функционализм

Пока структурализм изо всех сил пытался выжить под пристальным вниманием научного метода, искались новые подходы к изучению сознания.Одной из важных альтернатив был функционализм, основанный Уильямом Джеймсом в конце 19 века. Построенный на интересе структурализма к анатомии разума, функционализм привел к большему интересу к функциям разума, а затем и к бихевиоризму.

Функционализм рассматривает психическую жизнь и поведение с точки зрения активного приспособления человека к окружающей среде. Подход Джеймса к психологии был меньше связан с составом разума и больше связан с изучением способов, которыми разум приспосабливается к меняющимся ситуациям и окружающей среде.В функционализме считается, что мозг развился с целью повышения шансов на выживание своего носителя, действуя как информационный процессор: его роль, по сути, состоит в выполнении функций, подобных тому, как это делает компьютер.

Психология 101 — Вундт и Джеймс: структурализм и функционализм : Здесь противопоставляются основы структурализма и функционализма. Опора структурализма на самоанализ в конечном итоге оказалась ненаучной.Акцент функционализма на научном изучении адаптивных функций поведения и психических процессов продвинул изучение психологии как науки.

Актуальные проблемы и дискуссии в психологии

Споры и споры в области психологии ведутся десятилетиями и продолжают меняться с течением времени.

Цели обучения

Анализ актуальных вопросов и дискуссий, происходящих в современной психологии

Ключевые выводы

Ключевые моменты
  • Психологи продолжают обсуждать спорные вопросы в своей области, многие из которых можно увидеть в недавних изменениях к 5-му изданию Диагностического и статистического руководства по психическим расстройствам (DSM-5).
  • Один из непрекращающихся споров в психологии касается определения понятий «нормальный », и «здоровый»; то, что полезно для одного человека, может быть вредно для другого, и на восприятие нормальности в значительной степени влияют социальные нормы.
  • Психологи часто спорят о том, что больше влияет на человеческое поведение: биологические факторы или факторы окружающей среды — этот спор называют «природа против воспитания».
  • Текущие дебаты, связанные с изменениями в DSM-5, включают разногласия по поводу диагнозов расстройств аутистического спектра, гендерной дисфории, депрессивных расстройств и пограничного расстройства личности.
  • Электросудорожная терапия (ЭСТ), хотя и показано, что она улучшает симптомы тяжелых психических заболеваний, по-прежнему остается спорной формой лечения из-за ее побочных эффектов.
Основные термины
  • аутизм : Бионеврологическое расстройство, наблюдаемое в раннем детстве с симптомами ненормальной эгоцентричности, характеризующееся отсутствием реакции на других людей и ограниченной способностью или желанием общаться и социализироваться.
  • депатологизация : Акт декатегоризации чего-либо как болезни или болезни.
  • неврологический : Работа с мозгом или изучение мозга.

Психологические дебаты ведутся десятилетиями и продолжают меняться с течением времени. С выпуском в 2013 году 5-го издания Диагностического и статистического руководства по психическим расстройствам (DSM-5) психологи продолжают обсуждать спорные вопросы в своей области.

Определение «нормального» и «здорового»

Один из непрекращающихся споров в психологии заключается в том, как определить понятия «нормальный », и «здоровый».«Психологи часто полагаются на эти термины для оценки, диагностики, лечения и консультирования людей, испытывающих проблемы с психическим здоровьем; однако эти термины подлежат толкованию. То, что является нормальным или здоровым поведением для одного человека, может быть нездоровым или неэффективным для другого. Поведение может быть нормальным для человека (внутриличностная нормальность), когда оно согласуется с наиболее распространенным поведением для этого человека, даже если это поведение приводит к негативным последствиям.

«Нормальный» также используется для описания того, когда чье-то поведение соответствует наиболее распространенному или принятому в обществе поведению (известному как соответствие норме).Определения нормальности варьируются в зависимости от человека, времени, места и ситуации и в подавляющем большинстве определяются культурными и социальными стандартами и нормами. Эти стандарты и нормы меняются со временем, и вместе с ними меняется и восприятие нормальности. Критики утверждают, что восприятие нормальности по своей сути подвержено оценочным суждениям, предубеждениям и предположениям и может иметь социальные последствия. Например, если кого-то считают «нормальным» или «ненормальным», это может привести к тому, что оно будет включено, исключено или стигматизировано более широким обществом.В 2011 году Британское психологическое общество утверждало, что DSM-5 должен рассматривать психические расстройства в спектре наряду с нормой:

«[Мы рекомендуем] пересмотреть способ мышления о психическом дистрессе, начиная с признания неопровержимых доказательств того, что он находится в спектре «нормального» опыта и что психосоциальные факторы, такие как бедность, безработица и травма, являются наиболее сильно доказанные причинные факторы».

Дебаты о природе и воспитании

Один из центральных споров в психологии касается происхождения человеческого поведения.Вызвано ли поведение биологическими факторами, присутствующими в человеческом теле (природа), или оно вызвано взаимодействием между человеком и его или ее окружающей средой (воспитание)?

Строгие приверженцы натурфилософии часто используют генетический код в качестве подкрепления своей теории. Однако хорошо задокументировано, что взаимодействие с окружающей средой может спровоцировать изменения в структуре и химии мозга, а ситуации сильного стресса могут вызвать такие проблемы, как депрессия. Психологи сегодня обычно считают, что на поведение человека влияет сочетание как биологических факторов, так и факторов окружающей среды.

Изменения (и противоречия внутри) DSM-5

Расстройство аутистического спектра

Многие текущие дебаты в психологии можно увидеть в недавних изменениях в DSM-5.
Одно важное изменение коснулось категории расстройств аутистического спектра, которая больше не включает синдром Аспергера в качестве диагноза. Скорее, все дети классифицируются под термином «расстройство аутистического спектра» (РАС) и получают оценку легкой, средней или тяжелой степени.

Аутизм — это неврологическое расстройство, которое становится все более распространенным в последние годы и затрагивает около 20 детей на 1000 детей в США в 2012 году.Неясно, связан ли этот рост с изменением фактической заболеваемости аутизмом или с изменениями в количестве сообщений. Расстройства в спектре аутизма характеризуются нарушением социального взаимодействия, нарушением вербальной и невербальной коммуникации, а также ограниченным или повторяющимся поведением. В течение многих лет исследователи пытались найти причину аутизма, и все, от вакцин до материнской депрессии, упоминалось, но так и не было доказано. В то время как общее лечение аутизма заключается в применении поведенческого анализа (АВА) или других поведенческих методов лечения, многие люди ищут альтернативные методы лечения, такие как диета или добавки.

Споры вокруг диагноза и его лечения включают актуальность оценки тяжести расстройства и необходимость включения детей с РАС различной степени тяжести в общеобразовательную популяцию. Споры также существуют вокруг использования ABA для лечения РАС. В этом лечении специфические для ребенка поощрения (например, наклейки, похвала, конфеты, пузыри и дополнительное время для игр) используются для поощрения и мотивации аутичных детей, когда они демонстрируют желаемое поведение, например, садятся на стул по просьбе, озвучивают приветствие, или установить зрительный контакт.Наказания, такие как тайм-аут или резкое «Нет!» от терапевта или родителя, может использоваться для предотвращения нежелательного поведения, такого как щипание, царапание и выдергивание волос. Хотя было показано, что он эффективен в изменении поведения людей с РАС, некоторые утверждают, что лечение служит для патологизации и дальнейшей маргинализации людей в спектре, пытаясь «нормализовать» аутичное поведение.

Количество сообщений об аутизме растет : Количество сообщений о случаях аутизма на 1000 детей в США резко возросло с 1996 по 2007 год.Неизвестно, в какой степени этот рост обусловлен изменениями в фактической заболеваемости аутизмом (в отличие от изменений в количестве сообщений).

Гендерная дисфория

Еще одним недавним изменением в DSM-5 является переименование термина «расстройство гендерной идентичности» в «гендерную дисфорию». Это изменение соответствующим образом разделяет взрослых, детей и подростков по стадиям развития и было перемещено из категории сексуальных расстройств в отдельную собственную категорию. Одним из основных последствий этого изменения является снижение стигмы за счет изменения языка с «расстройство» на «дисфория», что служит шагом к депатологизации людей, которые идентифицируют себя как трансгендеры или представители другого пола.В то же время трансгендеры, которым требуется хирургическое или гормональное лечение, исторически были вынуждены полагаться на диагноз расстройства гендерной идентичности, чтобы получить доступ к соответствующему лечению, каким бы стигматизирующим этот диагноз ни был. Неясно, какое влияние это изменение языка окажет на возможность людей получить доступ к соответствующей медицинской помощи.

Депрессивные расстройства

В рамках депрессивных расстройств по DSM-5 исключения потери утраты больше не существует; это означает, что у людей, находящихся в тяжелых депрессивных состояниях из-за горя , может быть диагностирована клиническая депрессия.В соответствии с новыми рекомендациями определенные реакции на горе могут быть обозначены как патологические расстройства, а не как нормальные человеческие переживания

.

Пограничное расстройство личности

В 2003 году Ассоциация по развитию лечения и научных исследований расстройств личности (TARA APD) провела кампанию по изменению названия и определения пограничного расстройства личности (ПРЛ), утверждая, что ПРЛ в его нынешнем виде «сбивает с толку, не дает никакой релевантной или описательной информации, и усиливает существующую стигму.Вместо этого было предложено название «расстройство эмоциональной регуляции» или «расстройство эмоциональной дисрегуляции». Обсуждалась также замена пограничного расстройства личности с диагноза Оси II (расстройства личности и умственная отсталость) на диагноз Оси I (клинические расстройства). Однако название, диагностические критерии и описание ПРЛ практически не изменились по сравнению с предыдущим DSM-IV-TR.

Электросудорожная терапия

Электросудорожная терапия (ЭСТ) — спорный подход к лечению тяжелых психических заболеваний, который включает в себя индукцию незначительных припадков в головном мозге с помощью электрических импульсов.Большая часть разногласий по поводу лечения связана с его ранним использованием в 1940-х годах и ссылками на поп-культуру, такими как фильм «Пролетая над гнездом кукушки» . ЭСТ значительно улучшилась с течением времени и обычно используется в качестве крайней меры при тяжелых расстройствах, таких как большая депрессия, шизофрения или биполярная мания, которые не поддаются другим формам лечения. Около 70 процентов пациентов составляют женщины. Споры вокруг ЭСТ продолжаются из-за ее побочных эффектов на память и общее познание после лечения, а также из-за ее обсуждаемого уровня эффективности.В то время как некоторые исследования показали, что ЭСТ значительно улучшает симптомы с, возможно, меньшим количеством побочных эффектов, чем некоторые лекарства, другие исследования указывают на высокую частоту рецидивов. Неизвестно, почему лечение эффективно во многих случаях тяжелых психических расстройств.

Новый взгляд на женскую психику: важность общения

В эпоху, когда многие люди ставят под сомнение гендерную бинарность, психологам может показаться ретроградным писать о женской психике. Возможно, существует только единая человеческая психика, недифференцированная по половому признаку.Какой бы привлекательной ни была эта точка зрения для тех, кто борется за гендерное равенство, я утверждаю, что разделение по полу/гендеру остается в значительной степени неизменным, хотя и слабее, чем в прошлом. Понимание контуров этого разрыва дает представление о женской психике.

Женская психика: стереотипы и реальность

Значительную информацию о психике женщин можно получить, наблюдая за тем, как они живут. В отличие от прошлых столетий, большинство женщин в промышленно развитых странах, включая Соединенные Штаты, работают вне дома на протяжении большей части своей взрослой жизни, а также занимаются домашней работой по уходу и обслуживанию членов семьи.Несмотря на значительное движение к гендерному равенству, присущее женской занятости, их жизнь осталась несколько отличной от жизни мужчин.

Эти различия отражают важность половой сегрегации, которая остается широко распространенной в том, что можно назвать «неотрадиционным разделением труда». Например, даже когда большинство женщин заняты на оплачиваемой работе, их рабочий день, как правило, короче, чем у мужчин, и они выполняют большую часть неоплачиваемой домашней работы (т.г., Министерство труда США, 2016 г.; Шваб и др., 2016). Кроме того, существует значительная сегрегация по признаку пола в сфере занятости, при которой женщины доминируют в большинстве профессий, связанных с обслуживанием и уходом (например, помощник по административным вопросам, медсестра, учитель начальной школы). Хотя женщины занялись многими профессиями с более высоким статусом, которые когда-то были преимущественно мужскими (например, профессор, врач, менеджер), их участие остается низким в работе, ориентированной на вещи (например, области STEM, механические и строительные профессии; Липпа, Престон и др.). Penner, 2014) и на высших руководящих должностях в организациях и правительствах (Carli & Eagly, 2017).Эта ситуация побудила социологов утверждать, что даже сейчас в Соединенных Штатах и ​​многих других промышленно развитых странах преобладает крайняя гендерная сегрегация (например, Levanon & Grusky, 2016).

Гендерное разделение труда в каждом обществе, включая нынешнее неотрадиционное, запускает каскад психологических и социальных процессов, посредством которых люди узнают о чертах каждого пола и, более того, начинают воплощать их в жизнь (Eagly & Wood, 2012). . Это обучение начинается с наблюдения.Таким образом, люди делают выводы о чертах каждого пола в значительной степени, наблюдая за их типичным поведением. Например, если женщины обычно заботятся о детях и обучают их, они считаются заботливыми и добрыми, а если мужчины обычно занимаются контактными видами спорта и воюют, они считаются крутыми и храбрыми. Такие представления о гендерных ролях, которые психологи исследуют как гендерные стереотипы, распространены в обществе.

Эти убеждения продвигают методы социализации, которые поощряют детей приобретать навыки, черты и предпочтения, поддерживающие разделение труда в их обществе.Большинство взрослых склонны подчиняться этим общим представлениям о женщинах и мужчинах и могут интернализировать их как личные стандарты своего поведения. Благодаря этим процессам члены обществ динамически конструируют гендер в форме, приспособленной к конкретным обстоятельствам их исторического периода и культуры, а в сложных обществах — к своей этнической, расовой или религиозной субкультуре.

Чтобы понять, как гендерная система, возникающая в результате этих процессов, влияет на женскую психику, психологи должны рассмотреть как то, что люди считают психологическими качествами женщин, так и то, что продемонстрировала научная психология.Чтобы определить, что люди считают верным, то есть их гендерные стереотипы, исследователи обычно просят большую выборку людей указать, что типично для женщин или мужчин или как эти группы обычно рассматриваются в обществе (например, Williams & Best, 1990). Убеждения, которые возникают как консенсус, составляют гендерные стереотипы.

Исследования этого типа показали, что гендерные стереотипы отдают приоритет широким аспектам черт, которые Бакан (Bakan, 1966) обозначил как «общность» и «свобода воли», хотя второстепенные темы включают физические атрибуты, когнитивные способности и другие качества (напр.г., Дикман и Игли, 2000; Прентис и Карранса, 2012 г.). В стереотипах о женщинах преобладают общие черты, которые состоят из таких качеств, как дружелюбие, теплота, бескорыстие и экспрессивность. В стереотипах о мужчинах видное место занимают агентные черты, которые состоят из таких качеств, как мастерство, напористость, доминирование и соперничество. В целом общие черты ориентированы на других, а агентные черты ориентированы на себя (например, Abele & Wojciszke, 2014). Люди рассматривают эти убеждения как описание реальных характеристик женщин и мужчин.

Первый вопрос о гендерных стереотипах заключается в том, являются ли они просто социальными мифами — возможно, пережитком глубокого гендерного неравенства предыдущих поколений. Если это так, то они будут иметь очень мало общего с сегодняшней жизнью женщин или мужчин. Однако многие психологические исследования установили общую точность этих стереотипов на групповом уровне, несмотря на индивидуальные различия внутри каждой гендерной группы. Учитывая глубокий опыт, который люди имеют как с женщинами, так и с мужчинами, неудивительно, что их убеждения отражают реалии.

Стереотипы социальных групп приобретают свою точность, поскольку отражают повседневные наблюдения за поведением членов группы в их типичных ролях (Koenig & Eagly, 2014). Таким образом, стереотипные черты возникают в результате «соответствующего вывода» из наблюдаемого ролевого поведения (Wood & Eagly, 2012). Поэтому люди приходят к выводу, что мужчины и женщины психологически различны, когда наблюдают, как они регулярно занимаются разными видами деятельности; затем они делают вывод, что различные черты объясняют то, что они наблюдают.По этим причинам, пока женщины и мужчины сосредоточены на ролях, которые благоприятствуют разным атрибутам, отличительные гендерные стереотипы будут сливаться вокруг поведения, необходимого для исполнения их противоположных ролей. В той мере, в какой разделение труда зависит от расовых и этнических групп и других демографических переменных, гендерные стереотипы будут отражать эти различия (например, Ghavami & Peplau, 2013).

Многие исследования оценивали точность гендерных стереотипов, и, по крайней мере, умеренная точность является обычным результатом, когда черты оцениваются научными методами.В соответствующих исследованиях эти культурные стереотипы женщин и мужчин были сопоставлены с критериями, которые принимаются большинством психологов-исследователей как достоверные оценки атрибутов, составляющих гендерные стереотипы. Содержанием критериев могут быть, например, (а) баллы по психологическим тестам, оценивающим способности или черты личности, или (б) показатели, например, агрессивного, просоциального или невербального поведения. Дополнительные критерии основаны на общедоступных данных, например, об уголовных арестах или распределении полов по разным видам деятельности и занятиям.

Демонстрируя точность стереотипов, исследователи рассчитали корреляцию между представлениями участников исследования о женщинах и мужчинах, то есть их гендерными стереотипами, и соответствующими эмпирическими критериями (например, Hall & Carter, 1999; Halpern, Straight, & Stephenson, 2011 ; Swim , 1994 ). Например, в проекте Холла и Картера пять выборок участников оценили половые различия (по шкале от 1 = мужчины набрали больше баллов до 9 = женщины набрали больше баллов) по 77 конкретным признакам (например,г., улыбается другим, открытость к идеям, успехи в научных курсах, экстраверсия). Эти оценки, усредненные для представления стереотипов, были сопоставлены по 77 характеристикам со средней величиной эффекта мета-анализов психологических исследований половых различий в этих же характеристиках. Эти корреляции варьировались от 0,62 до 0,72. В целом, представления о половых различиях коррелировали от умеренной до высокой с соответствующими научно доказанными половыми различиями. Таким образом, гендерные стереотипы с достаточной точностью предсказывают результаты соответствующих психологических исследований, в которых сравнивались женщины и мужчины.

Почему гендерные стереотипы так тесно связаны с соответствующими психологическими данными о женщинах и мужчинах? Ежедневные наблюдения за поведением в типичных ролях полов предоставляют важную информацию, которая формирует гендерные стереотипы. Таким образом, психологические данные подтверждают культурный стереотип о том, что забота о других (например, общение) является всепроникающей темой женской психики. Этот вывод согласуется с качественным анализом более ранних авторов, таких как Миллер (1976) и Гиллиган (1982).

Психология женщины: выбор или принуждение?

Утверждение о том, что гендерные стереотипы отражают настоящие черты мужчин и женщин, требует серьезной оговорки.Качества, типичные для женщин и мужчин, могут в основном отражать влияние предписывающих социальных норм, требующих различного поведения. С этой нормативной точки зрения типичное поведение каждого пола можно интерпретировать как вынужденное, по крайней мере, в некоторой степени, и, таким образом, не обязательно отражающее основные черты. Например, склонность женщин быть милыми и дружелюбными может отражать их негативную реакцию, когда они или другие женщины нарушают социальные нормы, регулирующие женское поведение (Williams & Tiedens, 2016).

Мнение о том, что гендерно типичное поведение в некоторой степени навязывается или, по крайней мере, подталкивается социальным давлением, имеет значительную эмпирическую поддержку (например, Wood & Eagly, 2012). Некоторые социологи пошли еще дальше, утверждая, что гендерное поведение — это просто «выполнение гендера» и, таким образом, поведение под контролем ожиданий других (Butler, 1990; West & Zimmerman, 1987). Конечно, гендерные стереотипы функционируют как общие ожидания или нормы, которые способствуют конформизму обоих полов (Prentice & Carranza, 2012).Даже в детстве детей обычно поощряют заниматься гендерно-нормативной деятельностью. Родители используют стимулы для поощрения гендерно типизированной деятельности и интересов, таких как работа по дому, игрушки, игры и спорт (Lytton & Romney, 1991). Дети и взрослые реагируют на гендерно-значимые ожидания других и понимают, что, приспосабливаясь, они обычно получают социальное одобрение, тогда как отклонение часто приводит к социальному неприятию.

Несмотря на силу социальных норм, гендер — это гораздо больше, чем представление, потому что он проникает в психику и является центральным аспектом личности большинства людей.Чтобы понять гендер как идентичность, учтите, что дети в раннем возрасте классифицируют себя как членов гендерной группы. Осознание себя и других мужчинами или женщинами, которое появляется примерно к 18-месячному возрасту, развивается дальше по мере того, как дети узнают, что означает эта категоризация в их культуре, посредством наблюдения за поведением и событиями, связанными с каждой категорией (Рубл, Мартин и Беренбаум, 2006). Большинство, но не все, дети затем думают о себе как о девочке или мальчике и предпочитают гендерно-типичные занятия.

В той мере, в какой люди относят себя к гендерной группе, они склонны к самостереотипированию или приписывают себе типичные атрибуты своей гендерной группы, а также подчеркивают отличия от своей гендерной чужой группы (Turner et al. др., 1987). Например, женщины могут считать себя заботливыми и сострадательными и преуменьшать степень, в которой они считают себя агрессивными и соперничающими. Таким образом, гендерные стереотипы составляют основу гендерной идентичности, поскольку люди включают культурные значения пола в свою психику (Wood & Eagly, 2015).

Люди воздействуют на свою гендерную идентичность посредством процессов саморегуляции, с помощью которых они контролируют свое поведение, чтобы оно соответствовало их идентичности (Wood, Christensen, Hebl, & Rothgerber, 1997). И мужчины, и женщины, как правило, испытывают положительный аффект, когда действуют в соответствии со своими личными гендерными стандартами, и негативный аффект, когда действуют способами, отклоняющимися от этих стандартов. Ценность принадлежности к своей гендерной группе усиливает эти процессы саморегуляции.

Таким образом, различия в поведении женщин и мужчин отражают два набора влияний: социальная регуляция — влияние гендерно-специфических социальных норм — и саморегуляция — влияние собственных личных гендерных стандартов.Таким образом, принуждение и выбор переплетаются. Подчеркивать только социальную регуляцию или только саморегуляцию при объяснении гендерного поведения означает упускать истинную сложность причинно-следственной связи.

Подтверждают ли психологические исследования утверждение, что женщины отличаются от мужчин?

Одна из причин, по которой некоторые психологи могут не согласиться с моим аргументом о том, что женщины в целом отличаются от мужчин в целом, заключается в том, что они считают половые различия весьма незначительными, как показывают современные метаанализы. Хайд (2005) является ярым сторонником этой позиции гендерного сходства.Однако идея о том, что большинство половых различий невелики, должна быть опровергнута путем анализа значительной изменчивости имеющихся метааналитических данных.

Мое утверждение о том, что женщины относительно более общительны и менее активны, чем мужчины, относится к тематическим различиям между женским и мужским поведением, а не просто к различиям в конкретных чертах и ​​поведении. В зависимости от поведения, случая и ситуации женщины склоняются к более коллективному поведению, а мужчины — к более агентному поведению, что отражает социальные и саморегулирующие причины, отмеченные в этом эссе.Тем не менее, конкретные способы, которыми люди могут осуществлять общение и свободу действий в повседневной жизни, сильно различаются. Например, чтобы выразить общение, женщины могут помогать членам семьи по дому или коллегам на работе, быть чутким слушателем друзей и членов семьи, добровольно участвовать в общественных работах, учить маленьких детей, жертвовать деньги организациям с альтруистическими целями или даже заниматься в донорстве органов. Любой тип общественного поведения может незначительно различаться между женщинами и мужчинами, но агрегирование коллективного поведения во многих различных условиях приводит к паттернам различий, которые сильнее разделяют полы (см. Ajzen, 1987; Epstein, 1983).Поэтому психологи минимизируют величину различий, сосредотачиваясь на отдельных чертах и ​​поведении, а не на наборах связанных атрибутов.

Подтверждая существование широко определяемых различий между полами, психологические меры, которые усредняют несколько тематически связанных показателей, которые различают женщин и мужчин, действительно дают относительно большие размеры эффекта. Например, показатели гендерной идентичности, которые усредняются по сообщаемым самооценкой общинным или агентным чертам личности, давали метааналитический размер эффекта d = 0.73 для большего общения у женщин, чем у мужчин, и d = 0,60 для большей свободы действий у мужчин, чем у женщин (Дж. М. Твенге, личное сообщение, 1 апреля 2009 г., среднее значение по Твенге, 1997 г., наборы данных). Самая последняя оценка относится к 2012 году, когда d = 0,72 для большего общения у женщин и d = 0,55 для большей свободы воли у мужчин (Donnelley & Twenge, 2017). Еще более впечатляющим является то, что измерения, которые усредняют по самооценке интересов и деятельности, чтобы представить склонности, ориентированные на людей, по сравнению с склонностями, ориентированными на вещи, дали очень большой размер эффекта d = 1.18 (Lippa, 2010), показывая, таким образом, что в целом женщины значительно больше ориентированы на людей и меньше на вещи, чем мужчины. Такие результаты свидетельствуют о существенных половых различиях в общих тенденциях к мужским и женским атрибутам и поведению.

Последствия причастия женщин

Многие феминистки могут опасаться, что любое обобщение о половых различиях, кроме гендерного сходства, опасно для женщин, поскольку может лишить их желаемых возможностей.Несомненно, убеждения в том, что полы различаются, могут способствовать дискриминации, часто в отношении женщин. Однако общение может дать преимущество женщинам, поскольку оно включает в себя такие качества, как социальная чувствительность и эмоциональный интеллект, которые все больше ценятся во многих профессиях (Cortes, Jaimovich, & Su, 2016). На самом деле, женщины имеют сравнительное преимущество на работах, требующих социальных навыков, в том числе на многих более высокооплачиваемых работах, требующих интеллектуальных усилий. Этот акцент на социальных навыках, по-видимому, увеличился по мере того, как организационные изменения способствовали появлению новых способов социального взаимодействия.Например, культурное определение лидерства изменилось, чтобы сделать больший упор на социальные навыки (Koenig, Eagly, Mitchell, & Ristikari, 2011). В целом доля женщин на высококвалифицированных, требующих когнитивных способностей должностях за последние десятилетия увеличилась, особенно на тех должностях, которые вознаграждают социальные навыки (Cortes et al., 2016). Таким образом, общие качества могут способствовать карьерному успеху в некоторых контекстах, а также успеху в близких отношениях (Eagly, 2009).

Наконец, это краткое эссе не касается природы и воспитания и не исключает причин поведения, которые могут проистекать из биологических половых различий и корениться в эволюции человека (Eagly & Wood, 2013).В самом деле, женщины и мужчины могут предпочитать различные типы социальных ролей, по крайней мере отчасти, из-за врожденных физических и психологических качеств, которые могут предрасполагать женщин, например, к поиску ролей, обеспечивающих возможности для совместного поведения. Разделение того, насколько психика женщин и мужчин подвержена влиянию природы или воспитания, является темой для отдельного эссе.

Обратная связь

Вы можете оставить свой комментарий к этой статье на сайте.

Ссылки

Абеле А. Э. и Войцишке Б.(2014). Коммунальное и агентное содержание в социальном познании: модель с двойной перспективой. Достижения в экспериментальной социальной психологии , 46 , 195–255. doi:10.1016/B978-0-12-800284-1.00004-7

Айзен, И. (1987). Отношения, черты и действия: диспозиционное предсказание поведения в личности и социальной психологии. Достижения в экспериментальной социальной психологии , 20 , 1-63. doi:10.1016/S0065-2601(08)60411-6

Бакан, Д. (1966). Двойственность человеческого существования: Очерк психологии и религии .Чикаго: Рэнд МакНалли.

Батлер, Дж. (1990). Гендерные проблемы: феминизм и подрыв идентичности . Нью-Йорк. Нью-Йорк: Рутледж.

Карли, Л.Л., и Игли, А.Х. (2017). Лидерство и пол. В Дж. Антонакис и Д. Дэй (ред.), Природа лидерства (3-е изд.). Тысяча дубов, Калифорния: Sage.

Кортес, Г. М., Джаймович, Н., и Сиу, Х. Э. (2016, сентябрь). Конец мужчин и подъем женщин на рынке высококвалифицированного труда .Университет Манчестера. Получено с http://www.nirjaimovich.com/assets/endofmen20161201.pdf

Diekman, A.B., & Eagly, A.H. (2000). Стереотипы как динамические конструкции: женщины и мужчины прошлого, настоящего и будущего. Бюллетень личности и социальной психологии , 26 , 1171–1188. doi: 10.1177/0146167200262001

Доннелли, К., и Твенге, Дж. М. (2016). Мужские и женские черты в перечне половых ролей Бема, 1993–2012 гг .: межвременной метаанализ. Сексуальные роли, 4 , 1-10. doi: 10.1007/s11199-016-0625-y

Eagly, AH (2009). Его и ее просоциального поведения: исследование социальной психологии пола. Американский психолог , 64 , 644–658. doi:10.1037/0003-066X.64.8.644

Игли, А. Х., и Вуд, В. (2012). Теория социальных ролей. В PAM Van Lange, AW Kruglanski и ET Higgins (Eds.), Справочник по теориям социальной психологии (Том 2, стр. 458–476).Тысяча дубов, Калифорния: Sage. doi:10.4135/9781446249222.n49  

Игли, А. Х., и Вуд, В. (2013). Дебаты о природе и воспитании: 25 лет проблем в понимании гендерной психологии. Перспективы психологической науки, 8 , 340-357. doi:10.1177/1745691613484767

Эпштейн, С. (1983). Агрегация и не только: некоторые основные вопросы прогнозирования поведения. Журнал личности, 51 , 360–392. doi:10.1111/j.1467-6494.1983.tb00338.x

Гавами, Н.и Пеплау, Лос-Анджелес (2013). Межсекционный анализ гендерных и этнических стереотипов: проверка трех гипотез. Психология женщин Ежеквартально, 37 , 113-127. doi.org/10.1177/0361684312464203

Гиллиган, К. (1982). Другим голосом . Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета.

Холл, Дж. А., и Картер, Дж. Д. (1999). Точность гендерных стереотипов как индивидуальное отличие. Журнал личности и социальной психологии, 77 , 350–359.doi:10.1037/0022-3514.77.2.350

Халперн, Д. Ф., Стрейт, К. А., и Стефенсон, К. Л. (2011). Убеждения о когнитивных гендерных различиях: точны по направлению, недооценены по размеру. Сексуальные роли, 64 , 336–347. doi: 10.1007/s11199-010-9891-2.

Хайд, Дж. С. (2005). Гипотеза гендерного сходства. Американский психолог, 60 , 581–592. doi: 10.1037/0003-066X.60.6.581.

Кениг, А. М., и Игли, А. Х. (2014). Доказательства теории социальных ролей содержания стереотипов: наблюдения за групповыми ролями формируют стереотипы. Журнал личности и социальной психологии, 107 , 371–392. doi:10.1037/a0037215

Кениг А.М., Игли А.Х., Митчелл А.А. и Ристикари Т. (2011). Являются ли стереотипы лидеров мужскими? Метаанализ трех исследовательских парадигм. Психологический бюллетень, 137 , 616-642. дои: 10.1037/a0023557.

Леванон, А., и Груски, Д. Б. (2016). Сохранение крайней гендерной сегрегации в двадцать первом веке. Американский журнал социологии, 122 (2), 573-619.doi:0.1086/688628

Липпа, Р. А. (2010). Гендерные различия в личности и интересах: когда, где и почему? Компас социальной психологии и психологии личности, 4 , 1098–1110. doi:10.1111/j.1751-9004.2010.00320.x

Липпа, Р. А., Престон, К., и Пеннер, Дж. (2014). Представленность женщин в 60 профессиях с 1972 по 2010 год: больше женщин на высокостатусных должностях, меньше женщин на профессиях, ориентированных на вещи. PloS one, 9 (5), e95960. doi:10.1371/journal.pone.0095960

Литтон, Х.и Ромни, Д.М. (1991). Дифференциальная социализация родителей мальчиков и девочек: метаанализ. Психологический бюллетень, 109 , 267–296. дои: 10.1037/0033-2909.109.2.267.

Миллер, Дж. Б. (1976). К новой психологии женщин. Бостон, Массачусетс: Beacon Press.

Прентис, Д. А., и Карранса, Э. (2002). Какими женщины должны быть, какими не должны быть, какими могут быть и какими не должны быть: содержание предписывающих гендерных стереотипов. Psychology of Women Quarterly, 26 , 269–281.doi:10.1111/1471-6402.t01-1-00066.

Рубль, Д. Н., Мартин, К. Л., и Беренбаум, С. А. (2006). Гендерное развитие. В Н. Айзенберге, В. Дэймоне и Р. М. Лернере (редакторы), Справочник по детской психологии: социальное, эмоциональное и личностное развитие (том 3, 6-е изд., стр. 858–932). Хобокен, Нью-Джерси: Wiley. doi:10.1002/9780470147658.chpsy0314

Шваб К., Саманс Р., Захиди С., Леопольд Т. А., Ратчева В., Хаусманн Р. и Д’Андреа Тайсон Л. (2016). Доклад о глобальном гендерном разрыве за 2016 год .Швейцария. Получено с http://www3.weforum.org/docs/GGGR16/WEF_Global_Gender_Gap_Report_2016.pdf  

PsycheSpot — Что означает Psyche?

Понимание того, как работает разум, может дать нам представление о том, как управлять своими мыслями и эмоциями. Однако попытка определить значение Психея может оказаться непростой задачей. В конце концов, как вы можете объяснить то, чего на самом деле не видите?

Американская психологическая ассоциация определяет психику как разум в его совокупности .Но что именно означает «ум во всей его тотальности»? Означает ли это, что разум разделен на разные части, которые, складываясь, составляют единое целое?

Давайте пройдем по истории переулку, чтобы увидеть, как психика определяется различными философами и психологами.

Психика Значение

Изучение того, как работает разум, обсуждалось еще во времена Платона (400 лет до Рождества Христова) .Он определил психику как сущность человека. Точно так же другие философы, такие как Гиппократ и Декарт, рассматривали мозг как «вместилище души». В любом случае, Психея была широко определена как «разум, дух или душа» , и каждое слово использовалось взаимозаменяемо для определения одного и того же понятия.

Именно благодаря Вильгельму Вундту, отцу психологии, строение психики стало изучаться научным образом.Он считал, что психику можно изучать с научной точки зрения с помощью самоанализа, который можно проводить, наблюдая собственное сознание или осознание. Финансирование его экспериментальной лаборатории в 1879 заложило основу для будущих эмпирических исследований психики.

Используя научные данные, теперь можно было найти ответы на вопросы о психике. Так развивалась наука психология. По мере того, как начали появляться разные области психологии, появились и разные взгляды на то, что означает психика.

Психика Смысл (Психоаналитическая перспектива)

Зигмунд Фрейд

В конце 1800-х годов Зигмунд Фрейд начал свои исследования психики. Его выводы о бессознательном произвели революцию в психологии.

Согласно Фрейду, в психике есть три состояния сознания:

Бессознательное

Бессознательное → Таинственная и секретная «сторона» разума, хранящая контент, который может быть или не быть вредным для нашей сознательной «стороны».Примером могут служить травмирующие переживания из раннего детства, такие как жестокое обращение с детьми или пренебрежение ими.

Содержимое бессознательного может никогда не стать осознанным, хотя цель психоаналитической терапии состоит в том, чтобы это произошло. Подавляя Предсознательное посредством аналитической работы, это содержание может стать сознательным. Когда это происходит, это содержание сначала проходит через предсознание.

Если вы заинтересованы в доступе к вашему бессознательному состоянию, нажмите на эту ссылку.

Предсознательное Эмоции бывают разные! Они могут переходить прямо из бессознательного в сознательное или наоборот!

Подсознание → Это как мост к сознанию. В этом состоянии ума идеи можно осознать, приложив некоторые усилия. Примером может быть попытка вспомнить номер телефона друга или размышления об ответах на экзамене.

Сознание

 Сознательное → Каждая мысль, чувство или ощущение, которые мы ясно осознаем и к которым у нас есть прямой доступ.Фрейд рассматривает эту сторону мозга просто как «верхушку айсберга», поскольку она составляет лишь очень минимальную часть психической активности в психике.

Бессознательные силы

В бессознательном мы можем найти скрытые «силы» или структуры, которые в своем динамическом взаимодействии составляют каждую из наших уникальных личностей. Эти структуры играют наиболее важную и определяющую роль в психике, поскольку они сильно влияют на наши мысли и действия.

Фрейд назвал эти структуры Ид, Эго и Суперэго.

Идентификатор

Первая структура, Ид это чистая психическая энергия. В этом состоянии ума оживают все человеческие импульсы и основные человеческие импульсы. Это полностью и совершенно бессознательно. На самом деле это первичная структура, потому что она единственная существует, когда мы рождаемся. Младенцами движут только потребности и импульсы.

Фрейд особо подчеркивает, что эти потребности и импульсы, такие как секс, агрессия и удовольствие, оказывают сильное влияние на каждую уникальную личность.

Эго

Затем Фрейд описывает Эго как явление, которое материализуется, как только мы начинаем взаимодействовать с внешним миром. Это внешнее влияние конструирует Эго, или, другими словами, личность. В отличие от Ид, оно является сознательным, однако наиболее значительная и определяющая деятельность, происходящая внутри Эго, бессознательна. Эти бессознательные силы внутри Эго контролируют Ид и решают, что станет сознательным, а что останется бессознательным.

Насколько сильно Эго, будет зависеть от взаимодействия человека с его родительскими фигурами во время взросления. Если родители позволяют детям самостоятельно регулировать свои эмоции с самого раннего возраста, они, следовательно, приобретают внутреннюю силу. Если ребенок не может восстановить независимость или, другими словами, отличить себя от одного из родителей, то он будет расти в зависимости от внешних фигур, которые заставят его чувствовать себя «полноценным». Это еще одно определение созависимости.

Суперэго

Третье явление, Суперэго , возникает из Эго. Это требует высокой умственной деятельности, как сознательной, так и бессознательной. Другим словом для Суперэго может быть «самокритика», и оно порождает внутреннее чувство вины, которое иногда может препятствовать психическому благополучию. (Это может вызвать депрессию и/или низкую самооценку). Насколько сильным будет голос самокритики, будет зависеть от того, насколько наказывающими или вредными были авторитетные лица, когда вы росли.

Взаимодействие сил

Эго функционирует как баланс между Ид и Суперэго. Ид требует немедленного удовлетворения ради удовольствия, в то время как Супер-Эго пытается следовать моральному принципу, контролируя или подавляя Ид. Не зная, какой стороне подчиняться, Эго переживает внутренний конфликт , что приводит к беспокойству.

Чтобы защитить себя от беспокойства, Эго конструирует защитные механизмы, такие как вытеснение (удаление тревожных мыслей из сознания) и сублимация (преобразование неуместных импульсов в социально приемлемые).Примером вытеснения может быть потеря памяти о травмирующем опыте. Примером сублимации может быть направление гнева на физические упражнения или любую другую социально приемлемую практику.

Карл Юнг

Своей публикацией Структура и динамика психики, Карл Юнг, как и Зигмунд Фрейд, внес вклад, который помог сформировать то, как сегодня рассматривается структура человеческого разума. Его вклад в бессознательное может показаться противоречащим идеям Фрейда.Тем не менее, они рассматриваются как дополнение к некоторым.

Как и Фрейд, Юнг считал, что сознание — это часть разума, в которой хранится все, что мы осознаем. По его словам, ею руководит Эго. Он также считал, что Эго контролирует то, что остается бессознательным, в то, что он назвал личным бессознательным.

То, что значительно отличает теории Юнга от теорий Фрейда, основано на Коллективном Бессознательном, которое он считает истинной основой индивидуальной психики .По его словам, коллективное бессознательное хранит инстинктивные паттерны или архетипы, которые передавались по наследству. Они коллективны, потому что все люди разделяют их.

Затем Юнг утверждает, что бессознательное выражается мифическим образом. Это означает, что наше бессознательное говорит символически и использует визуальные представления, широко известные в мифологии. Эти зрительные паттерны не приобретены, а унаследованы «от сумерек прошлого».

Бессознательное, как совокупность всех архетипов, является хранилищем всего человеческого опыта вплоть до его самых отдаленных истоков.

Карл Юнг

Бессознательное также является источником инстинктивного поведения у людей. Несмотря на то, что архетипы являются общими для всех людей, каждый человек выражает их по-своему. Его взаимодействие с индивидуальным опытом приводит к формированию уникальных наборов личностей.

Психоаналитический подход к психологии

Истинность психоаналитического подхода к психологии подвергалась сомнению с момента появления его первых теорий в конце 1800-х годов.

Во-первых, теории Фрейда и Юнга основаны на субъективных наблюдениях за их пациентами. Они разрабатывают несколько гипотез, но не приводят конкретных научных доказательств, подтверждающих их гипотезы.

С другой стороны, психоанализ описывает «как», но не «когда» человеческого поведения или эмоций. С помощью этих теорий вы можете понять, почему кто-то расстроен или зол, но не можете предсказать, когда эти чувства могут возникнуть.

Кроме того, акцент Фрейда на том, как секс и агрессия влияют на личность человека, подвергся широкой критике со стороны других ученых в этой области.Также ставится под сомнение, является ли родительское влияние в раннем детстве такой детерминантой в формировании личности. Несмотря на то, что это может быть ключевым, это не единственный определяющий фактор.

Подводя итог, можно сказать, что психоаналитические основы не могут быть основаны на поддающихся проверке наблюдениях. То, как он описывает психику , возможно, не имеет прочной эмпирической основы. Однако его применение при психических расстройствах может быть очень эффективным.

Почему психоанализ действительно помогает  

Согласно психоанализу, некоторые эмоции или идеи иногда прячутся в бессознательном из-за эмоциональной боли, которую они могли бы причинить, если бы были сознательны.Бессознательные силы в душе усердно работают, чтобы скрыть эти эмоции или мысли. Тем не менее, они должны как-то выйти! И они действительно проявляются в виде физической боли, недомоганий или эмоциональных расстройств. На самом деле, боль и другие сильные эмоции способны даже формировать личность человека. Сколько у кого-то багажа, легко определить уровень его токсичности.

Чтобы решить эту проблему, эти скрытые эмоции должны пробудиться. Один из первых шагов на пути к душевному благополучию — выплеснуть неизвестное.Фрейд был твердо уверен, что разговоры на самом деле лечат . В то же время Юнг считал, что для достижения психического здоровья важно интегрировать бессознательную и сознательную сферы человеческого разума. Этот процесс называется индивидуацией и также известен как путь самопознания или поиска целостности . Неспособность достичь индивидуации уступает место фрагментированному индивидууму и может вызвать психологические расстройства.

Познание собственной тьмы — лучший способ справиться с тьмой других людей.Человек не становится просветленным, воображая образы света, но делая тьму осознанной. Самое страшное — принять себя полностью. Ваши видения станут ясными только тогда, когда вы сможете заглянуть в свое собственное сердце. Кто смотрит наружу, мечтает; кто заглядывает внутрь, просыпается .

Карл Юнг

Психика Значение ( Поведенческая перспектива)

Бихевиоризм возник в начале 1900-х как ответ на психоаналитические теории.Его легко можно рассматривать как «другую сторону медали». Бихевиористы считали, что разум слишком абстрактен и слишком сложен, чтобы его изучать. Они думали, что нет средств для объективного анализа ума. Они также критикуют неспособность психоанализа предсказать поведение.

По мнению бихевиористов, именно среда, а не разум, управляет действиями человека. Вот почему они сосредоточили свои исследования на наблюдении за человеческим поведением. Они рассматривали разум как «черный ящик» (О).Это сущность, которую нельзя объяснить и которая служит единственной цели преобразования стимула (S) в реакцию (R)

Стимул (S) в окружающей среде заставляет организм (O) производить реакцию (R).

Его применение в современной психологии включает использование подкреплений для усиления поведения и наказаний для снижения частоты поведения. Он широко используется для изменения поведения детей, а также в качестве инструмента для содействия обучению детей.

Психика Значение ( Когнитивное Перспектива)

Бихевиоризму вскоре противостоял подъем когнитивной психологии в 1960-х годах. Взгляд когнитивного психолога на то, как работает психика, сильно отличается от точки зрения бихевиористов и психоаналитиков. Их точка зрения гораздо больше сосредоточена на изучении обработки информации. Они сравнивают разум с компьютером и делают упор на психические процессы, чтобы объяснить восприятие, память и внимание, а также овладение языком.

Развитие когнитивной психологии имеет решающее значение для современной психологии из-за ее огромного вклада в обучение. Понимание психических процессов, таких как память и внимание, а также того, как эмоциональное благополучие влияет на получение знаний, было необходимо для улучшения преподавания и обучения в целом.

Когнитивная психология

также смогла дополнительно изучить, как работает разум, объединив свои силы с нейронаукой. В рамках курса Нейропсихология можно изучать мозг и то, как он влияет на познание и поведение человека, используя передовые технологии, такие как ПЭТ, компьютерная томография и МРТ.Такое сканирование мозга может дать точную картину происходящих психических процессов.

В заключение…

Значение для души было определено во всех формах и способах, с разных точек зрения и углов. Однако это очень сложная и абстрактная концепция, поскольку представление о том, как функционирует разум, дает нам некоторый контроль над нашими мыслями, эмоциями и обучением.

Таким образом, мы можем заключить, что первым шагом к психическому здоровью является определение того, как работает разум.Понимая основные эмоции, их происхождение и наши уникальные психические процессы, мы можем определить, что нас провоцирует, а что полезно для нас. Заглянув в свой внутренний мир и наблюдая, как он реагирует на внешние факторы, мы можем регулировать свои эмоции и мыслить здоровым образом.

Если вы хотите заглянуть в свое бессознательное и лучше понять свою психику, загрузите нашу БЕСПЛАТНУЮ рабочую тетрадь по самосознанию!


Как ссылаться на эту статью

Пелаэс.С (2020). Что означает Психея? PsycheSpot https://www.psychespot.com/mental-awareness/what-does-the-psyche-mean?/


Тип APPA № по каталогу

Association, AP (10.06.2020). Американская психологическая ассоциация . Американская психологическая ассоциация: https://dictionary.apa.org/psyche

.

Фрейд, С. (1915). Бессознательное . СЭ, 14: 159-204 .

Фрейд, С. (1923). Эго и Ид.Стандартное издание Полного собрания сочинений по психологии Зигмунда Фрейда, том XIX (1923-1925): Эго и Ид и другие работы, 1-66

Фриденберг, Дж., и Сильверман, Г. (2011). Когнитивная наука: введение в изучение сознания . Мудрец.

Джонс, Д., Вирт, Дж. М., и Шварц, М. (ред.). (2009). Дар Логоса: Очерки континентальной философии . Издательство Кембриджских ученых.

Юнг, К.Г. (2014). Структура и динамика психики .Рутледж.

Изображение

с сайта Pixabay

Роль психологии в выборах – Йельский научный журнал

Во время очередного тура общенациональных выборов в этом году кандидаты делают все возможное, чтобы повлиять на избирателей убедительными дебатами, массовыми митингами, дорогой рекламой и, конечно же, обязательным целованием детей. В идеале эти и другие выборы должны решаться образованной общественностью, рационально выбирающей кандидата, с которым она больше всего согласна, исходя из возможностей кандидата занимать должность.

В действительности, однако, мы не разумные существа: часто подсознательное психологическое мышление, а не объективное рассуждение, диктует, какое имя мы отметим в бюллетене. Этот факт не является секретом для кандидатов и их советников, которые пытаются использовать эти знания для получения голосов. Область политической психологии изучает основные факторы, влияющие на выборы, два примера которых описаны здесь.

Действие приказа о голосовании

Студенты на вводных занятиях по психологии изучают явление, известное как эффект первичности: наша склонность запоминать элементы в верхней части списка лучше, чем те, что в середине или ближе к концу.Прочитав первые пункты, мы меньше обращаем внимания на последующие либо потому, что нам скучно, либо потому, что перерабатываем информацию, которую увидели вверху списка.

Этот эффект был классически продемонстрирован психологом Соломоном Ашем в 1946 году, когда он представил испытуемым один и тот же список положительных и отрицательных прилагательных, описывающих человека, перечислив либо положительные (умный, трудолюбивый и т. д.), либо отрицательные (завистливый, упрямый). и др.) в первую очередь. Когда их попросили оценить человека, те, кому раньше в списке были даны положительные прилагательные, последовательно оценили человека выше, чем те, кому первыми были даны отрицательные.

Тот же эффект применяется во время выборов, поскольку порядок кандидатов в бюллетенях может быть в пользу тех, кто указан первым. Например, статистический анализ выборов в Калифорнии за более чем 20 лет показывает, что так называемый «эффект порядка голосования» мог изменить победителя до 12% праймериз в штате.

Эффект гораздо более значителен для беспартийных выборов или для небольших местных выборов, когда избиратели мало знают о кандидатах и ​​не разделены по партийным линиям.Эффект менее заметен на крупных хорошо разрекламированных выборах, когда избиратели с большей вероятностью выберут кандидата до прихода на избирательные участки (1).

Джон Кросник, профессор политологии и психологии Стэнфордского университета, утверждает, что этот эффект, вероятно, сыграл свою роль на предварительных выборах демократов в Нью-Гэмпшире в 2008 году. Предвыборные опросы в этом штате показали, что кандидат Барак Обама опережает кандидата Хилари Клинтон на целых 7%. Однако Клинтон выиграл решающий ранний штат.Кросник пишет: «Держу пари, что Клинтон получила как минимум на 3 процента больше голосов, чем Обама, просто потому, что она была в списке близко к вершине» (2).

Хотя порядок кандидатов в бюллетенях для голосования варьируется от штата к штату, в большинстве штатов в настоящее время используется единый рандомизированный бюллетень, который, как показывают исследования, фактически наказывает кандидатов, которые в случайном порядке перечислены последними. В других штатах нынешний должностное лицо ставится на первое место в бюллетене для голосования, что потенциально повышает его или ее шансы на победу.

Осведомленность об эффекте порядка голосования побудила психологов лоббировать несколько бюллетеней с разными случайными списками кандидатов, и все больше штатов принимают эту систему.


Push-опросы

Эффект порядка голосования не зависит от самих кандидатов и, таким образом, не может использоваться в качестве тактики как таковой кандидатами, стремящимися к несправедливому преимуществу. Однако кандидаты могут — часто по сомнительным моральным соображениям — использовать психологию как оружие против конкурентов.

Одним из очень ярких примеров являются push-опросы, короткие опросы, предназначенные для предоставления избирателям дезинформации о кандидате с помощью гипотетического вопроса. Данные этих опросов не собираются; опросы служат либо для того, чтобы напомнить избирателям о негативных характеристиках кандидатов, либо для того, чтобы сфабриковать негативные черты, которые затем остаются в сознании избирателей.

Известный пример push-polling связан с первичными выборами в Республике Южная Каролина в 2000 году, когда избирателям звонили по телефону и спрашивали, с большей или меньшей вероятностью они проголосуют за кандидата Джона Маккейна, если он гипотетически стал отцом незаконнорожденного чернокожего ребенка. Эта тактика была особенно эффективной, поскольку Маккейн проводил кампанию в штате со своей приемной дочерью из Бангладеш. Клеветническая кампания проводилась анонимно, и ни один кандидат не признал свою вину. Несмотря на то, что изначально Маккейн лидировал в опросах, на самом деле он проиграл Джорджу Бушу-младшему.Буш, 42% против 53%.

Эффекты push-опросов были подтверждены исследованием, опубликованным в Journal of Consumer Research, в котором студентам предлагалось проголосовать за одного из двух потенциальных кандидатов на должность. Кандидат А был сконструирован так, чтобы быть более привлекательным кандидатом: от 81% до 89% студентов проголосовали за него, а не за его оппонента после просмотра веб-сайтов кампаний обоих кандидатов.

Однако, когда студенты просматривали те же веб-сайты, но им также задавали гипотетический крайне негативный вопрос о предпочтительном кандидате, только 38.За кандидата А проголосовало 9%, несмотря на то, что вопрос формулировался как гипотеза, а не факт. Студенты, которые были отвлечены, когда был задан вопрос, проголосовали за кандидата А в 55% случаев, в то время как студенты, которым было предложено сосредоточиться на кандидате, проголосовали за него только в 16% случаев, показывая, что вопрос действительно был причиной резкого изменения мнения ( 3).

Таким образом, push-опросы с помощью гипотетических вопросов представляют собой эффективное средство воздействия на общественное мнение. Поскольку они могут проводиться анонимными группами по телефону, их труднее отследить, и часто они могут проводиться чрезмерно рьяными сторонниками без одобрения или ведома кандидата.

Столкнувшись с отрицательным результатом push-опроса, кандидат может либо проигнорировать его, потенциально позволив распространиться слуху, либо обратиться к нему, еще больше укоренив клевету в электорате и отдалив кампанию от реальных проблем. Из-за живучести ложных обвинений, даже опрос, который оказался ложным, будет подсознательно продолжать запятнать кандидата в глазах электората.

Попытка устранить push-опросы путем давления на кандидатов бесполезна, так как опросы могут не обязательно быть связаны с самими кандидатами.Таким образом, образованный электорат, понимающий, что такое push-опросы и когда они проводятся, является лучшей защитой от них.

Выводы

В дополнение к эффекту push-опросов и порядка голосования существуют сотни примеров психологических факторов, влияющих на выборы, и их использования кандидатами для получения поддержки избирателей. Таким образом, понимание психологии выборов становится решающим не только для кандидатов, но и для избирателей, которые хотят, чтобы их голоса основывались на объективном мышлении.

В следующий раз, придя на избирательную урну, по крайней мере оцените усилия экспертов по психологии, которых нанял ваш кандидат, чтобы получить ваш голос. А потом дважды подумайте, прежде чем голосовать за первого кандидата в списке.

Источники:
1. Имаи, Косукэ. и Хо, Даниэль. «Встряхнуть, но не шевелить: данные о влиянии калифорнийской алфавитной лотереи на порядок голосования», документ, представленный на ежегодном собрании Ассоциации политических наук Среднего Запада, Палмер Хаус Хилтон, Чикаго, Иллинойс, 15 апреля 2004 г.

2.Джон А. Кросник. «Изменения в бюллетенях, связанные с несоответствием результатов голосования опросам. https://abcnews.go.com/PollingUnit/Decision2008/ история?id=4107883

3. Дэвис, Ричард Х. «Анатомия клеветнической кампании». The Boston Globe, 21 марта 2004 г.

4. Фитцсимонс, Гаван Дж. и Баба Шив (2001), «Неосознанные и загрязняющие эффекты гипотетических вопросов на последующее принятие решений», Journal of Consumer Research , 28 (сентябрь), 224–38.

Юнгианская модель психики

Немногие люди оказали такое влияние на современную психологию, как Карл Юнг; мы должны поблагодарить Юнга за такие концепции, как экстраверсия и интроверсия , архетипы , современный анализ сновидений и коллективное бессознательное . Психологические термины, придуманные Юнгом, включают архетип , комплекс, синхронность , и именно на основе его работы был разработан индикатор типов Майерс-Бриггс (MBTI), популярный сегодня основной продукт личностных тестов.

Среди наиболее важных работ Юнга был его глубокий анализ психики, который он объяснял следующим образом: « Под психикой я понимаю совокупность всех психических процессов, как сознательных, так и бессознательных », отделяя понятие от общепринятое понятие разума, которое обычно ограничивается процессами только сознательного мозга.

Юнг считал, что психика является саморегулирующейся системой , похожей на тело, которая стремится поддерживать баланс между противоположными качествами, постоянно стремясь к росту. .

Юнг рассматривал психику как нечто, что можно разделить на составные части с комплексами и архетипическими содержаниями, персонифицированными в метафорическом смысле и функционирующими скорее как вторичные самости, которые вносят свой вклад в целое. Его концепция психики разбита следующим образом:

Эго

Для Юнга эго было центром поля сознания , частью психики, где находится наше сознание, наше чувство. личности и существования.Эту часть можно рассматривать как своего рода «командный штаб», организующий наши мысли, чувства, чувства и интуицию и регулирующий доступ к памяти. Это та часть, которая связывает внутренний и внешний мир вместе, формируя то, как мы относимся к тому, что является внешним по отношению к нам.

То, как человек относится к внешнему миру, согласно Юнгу, определяется его уровнем экстраверсии или интроверсии и тем, как он использует функции мышления, чувства, ощущения и интуиции. Некоторые люди развили больше одного или двух из этих аспектов, чем другие, что формирует их восприятие окружающего мира.

Происхождение эго лежит в архетипе себя, где оно формируется в ходе раннего развития, когда мозг пытается добавить смысл и ценность своему разнообразному опыту.

Однако эго — всего лишь небольшая часть самости ; Юнг считал, что сознание избирательно, а эго — это часть личности, которая отбирает наиболее важную информацию из окружающей среды и выбирает на ее основе направление, в то время как остальная информация погружается в бессознательное.Поэтому оно может проявиться позже в виде снов или видений, проникая таким образом в сознательный разум.

Личное бессознательное

Личное бессознательное возникает из взаимодействия между коллективным бессознательным и личностным ростом и было определено Юнгом следующим образом:

«Все, что я знаю, но о чем я сейчас не думаю; все, что я когда-то сознавал, но теперь забыл; все воспринимаемое моими чувствами, но не отмеченное моим сознательным умом; все то, что я невольно и не обращая на это внимания чувствую, думаю, вспоминаю, хочу и делаю; все будущие вещи, которые складываются во мне и когда-нибудь осознаются; все это составляет содержание бессознательного… Кроме них мы должны включить все более или менее преднамеренные вытеснения болезненных мыслей и чувств.Я называю сумму этих содержаний «личным бессознательным».

В отличие от Фрейда, Юнг рассматривал вытеснение как один из элементов бессознательного, а не как его все. Юнг также рассматривал бессознательное как дом потенциального будущего развития, место, где еще неразвитые элементы сливаются в сознательную форму.

Комплексы

Комплексы в юнгианском смысле — это тематические организации в бессознательном уме, сосредоточенные вокруг паттернов воспоминаний, эмоций, восприятий и желаний, паттернов, которые формируются в результате опыта и реакций человека на этот опыт. .В отличие от Фрейда, Юнг считал, что комплексы могут быть очень разнообразными, а не просто люди, имеющие основной сексуальный комплекс.

Комплексы часто ведут себя довольно автоматически, что может привести к тому, что человек почувствует, что поведение, возникающее из-за них, выходит из-под его или ее контроля . Люди, которые психически больны или ошибочно названы «одержимыми», часто имеют комплексы, которые регулярно и заметно берут верх над ними.

Комплексы находятся под сильным влиянием коллективного бессознательного и, как таковые, имеют архетипические элементы.У здорового человека комплексы редко представляют собой проблему и, скорее всего, являются ключом к уравновешиванию довольно односторонних взглядов на эго, чтобы могло произойти развитие. Однако, если человек психически нездоров и не может регулировать себя (как видно у тех, кто испытывает диссоциацию между этими состояниями), комплексы могут стать явными и более серьезными. В этих случаях эго повреждено и поэтому недостаточно сильно, чтобы использовать комплексы через звуковое отражение, предоставляя им полноценную и неуправляемую собственную жизнь.

При лечении таких людей Юнг больше обращал внимание на будущее развитие, чем просто имел дело с их прошлым; он пытался выяснить, что означают симптомы и надеялся достичь, и работать с ними под этим углом зрения.

Коллективное бессознательное

Теория коллективного бессознательного — одна из самых уникальных теорий Юнга; Юнг считал, в отличие от многих своих современников, что все элементы индивидуальной природы присутствуют с рождения, и что среда человека выявляет их (а не среда, создающая их).Юнг считал, что люди рождаются с уже заложенным в них «планом», который будет определять ход их жизни, что, хотя и вызывало споры в то время, довольно широко поддерживается сегодня из-за большого количества доказательств, имеющихся в животном мире. для различных видов, рождающихся с репертуаром поведения, уникально адаптированного к их среде. Было замечено, что это поведение у животных активируется стимулами окружающей среды таким же образом, как Юнг считал, что человеческое поведение выдвигается на первый план.Согласно Юнгу, «термин архетип означает не унаследованную идею, а скорее унаследованный способ функционирования, соответствующий врожденному способу, которым цыпленок появляется из яйца, птица строит свое гнездо, определенный вид осы». жалит двигательный ганглий гусеницы, и угри находят путь к Бермудским островам. Другими словами, это «модель поведения». Этот аспект архетипа, чисто биологический, является предметом научной психологии».

Юнг считал, что эти чертежи находятся под сильным влиянием различных архетипов в нашей жизни, таких как наши родители и другие родственники, важные события (рождения, смерти и т.), и архетипы, происходящие из природы и наших культур (общие символы и элементы, такие как луна, солнце, вода, огонь и т. д.). Все эти вещи объединяются, чтобы найти выражение в душе и часто отражаются в наших историях и мифах.

Юнг не исключал духовного, несмотря на биологическую основу, которую он описал у личности; он также чувствовал наличие противоположной духовной полярности, которая сильно влияет на психику .

Самость

Самость, согласно Юнгу, была совокупностью психики со всеми ее возможностями.Это та часть психики, которая смотрит вперед и содержит стремление к наполнению и целостности. В этом говорилось, что Самость управляет процессом индивидуации, стремлением человека максимально реализовать свой потенциал.

В этой области Юнг снова отличается от Фрейда; в теории Фрейда эго отвечает за описанный выше процесс и образует ось, на которой вращается индивидуальная психология человека, тогда как в юнгианской теории эго — это всего лишь одна часть, которая поднимается из (бесконечно более сложной) самости.Юнг сказал, что Персона — это элемент личности, который возникает «по причинам адаптации или личного удобства». Если у вас есть определенные «маски», которые вы надеваете в различных ситуациях (например, та сторона себя, которую вы представляете на работе или в семье), это персона. Персону можно рассматривать как часть эго, отвечающую за связи с общественностью, часть, которая позволяет нам относительно легко взаимодействовать в обществе в различных ситуациях.

Однако те, кто слишком сильно идентифицирует себя со своей персоной, могут столкнуться с проблемами. снисходительно ко всем.Выполнение вышеупомянутого может сильно затормозить чей-то личностный рост, поскольку другие аспекты личности не могут должным образом развиваться, нанося вред общему росту. » Тень».

Тень

Те черты, которые нам не нравятся или скорее игнорируются, объединяются, чтобы сформировать то, что Юнг называл Тенью.Эта часть психики, на которую также сильно влияет коллективное бессознательное, представляет собой форму комплекса и, как правило, является комплексом, наиболее доступным для сознательного разума.

Юнг не считал, что Тень бесцельна или бесполезна; он чувствовал, что «там, где есть свет, должна быть и тень», то есть тень играет важную роль в уравновешивании психики в целом. Без хорошо развитой теневой стороны человек может легко стать мелким и крайне озабоченным мнением других , ходячей Персоной.Точно так же, как конфликт необходим для развития сюжета любого хорошего романа, свет и тьма необходимы для нашего личного роста.

Юнг считал, что, не желая прямо смотреть на свои Тени, многие люди проецируют их на других, имея в виду, что качества, которые мы часто не выносим в других, мы имеем в себе и желаем не видеть. Чтобы по-настоящему расти как личность, нужно перестать сознательно слепо относиться к своей Тени и попытаться сбалансировать ее с Персоной.

Анима и анимус

Согласно Юнгу, анима и анимус являются контрасексуальными архетипами психики, при этом анима присутствует в мужчине, а анимус – в женщине.Они строятся из женских и мужских архетипов индивидуального опыта, а также опыта общения с представителями противоположного пола (начиная с родителя) и стремятся сбалансировать возможный в противном случае односторонний гендерный опыт. Как и Тень, эти архетипы, как правило, проецируются, только в более идеализированной форме; человек ищет отражение своей анимы или анимуса в потенциальном партнере, объясняя феномен любви с первого взгляда.

Юнг видел либо мужественность, либо женственность как «высшую» сторону гендерной медали (в отличие от многих его сверстников, которые отдавали предпочтение мужественности), но просто как две половины одного целого, такие как свет и тень , половинки, которые должны уравновешивать друг друга.

Индивидуация

Индивидуация для Юнга была поиском целостности, который неизменно предпринимает человеческая психика, путешествием к осознанию себя как уникального человеческого существа, но уникального только в том же смысле, что и все мы. , не больше и не меньше, чем другие.

Юнг не пытался перейти от важности конфликта к человеческой психологии; он видел это как неотъемлемое и необходимое для роста. Имея дело с вызовами внешнего мира и собственными внутренними противоположностями, человек постепенно становится более сознательным, просветленным и творческим.Результатом преодоления этих столкновений стал «символ», который, по мнению Юнга, будет способствовать новому направлению, в котором справедливость будет отдана всем сторонам конфликта. Этот символ рассматривался как продукт бессознательного, а не рационального мышления, и нес в себе аспекты как сознательного, так и бессознательного миров в своей работе в качестве преобразующего агента. Развитие, проистекающее из этой трансмутации, столь важной для юнгианской психологии, представляет собой процесс индивидуации.

Leave a Reply