Разное

Кем в сказке о рыбаке и его жене братьев гримм: Кем в «Сказке о рыбаке и его жене» братьев Гримм побывала жена рыбака? – Кем в «Сказке о рыбаке и его жене» братьев Гримм побывала жена рыбака?

Содержание

О РЫБАКЕ И ЕГО ЖЕНЕ Братья Гримм читать онлайн


Рыбак с женою жили в дрянной лачужке у самого моря. Рыбак ходил каждый день на море и удил рыбу. Так и сидел он однажды за ужением, и все смотрел на блестящие волны — сидел да посиживал.

Вдруг удочка его погрузилась на дно глубоко-глубоко, и когда он ее стал вытаскивать, то выволок вместе с нею и большую каббалу.

И сказала ему рыбина: «Слышь-ка, рыбак, прошу тебя, отпусти меня на волю: я не настоящая камбала, я — завороженный принц. Ну, что тебе в том, что ты меня съешь? Я тебе не по вкусу придусь; лучше брось меня опять в воду, отпусти меня на простор». — «Ну, — сказал рыбак, — напрасно ты и столько слов потратила; я бы и без того, конечно, отпустил на свободу такую рыбину, которая по-нашему говорить может». И с этими словами он отпустил рыбину в воду, и пошла камбала на дно, оставляя следом по себе в воде кровавую струйку. Посмотрел рыбак, да и поплелся к жене в свою лачужку.

«Что же, муженек, — сказала жена, — или ты сегодня ничего не поймал?» — «Нет, — сказал рыбак, — я сегодня изловил камбалу, и она мне сказала, что она не камбала, а завороженный принц; ну, я и отпустил ее опять в море». — «Так разве же ты себе у нее ничего не выпросил?» — сказала жена. «Нет, да и чего же мне у ней просить?» — «Ах, — сказала жена, — да ведь нам же так скверно живется в этой лачужке, и вони, и грязи у нас вдоволь; выпросил бы нам у нее избушку получше. Ступай-ка да вызови ее из моря: скажи ей, что нам нужна изба понаряднее, и она наверно даст нам ее». — «Ах, — сказал рыбак, — ну что я там еще пойду шляться!» — «Да ведь ты же ее изловил и опять на волю выпустил — она для тебя наверно все сделает».

Не хотелось рыбаку идти, но не хотелось и жене перечить — и поплелся он к морю.

Когда пришел он на море, море потемнело, и волны уже не так блестели, как утром. Подошел он и сказал:

Рыба, рыбка, рыбинка,

Ты, морская камбала!

С просьбою к тебе жена

Против воли шлет меня!

Приплыла к нему камбала и сказала: «Ну, что ж тебе надобно?» — «Да вот, — сказал рыбак, — я-то тебя сегодня изловил, так жена-то моя говорит, будто я должен у тебя что-нибудь себе выпросить. Не хочет, вишь, она больше жить в лачужке, в избу хочет на житье перейти». — «Ну, ступай, — сказала камбала, — все тебе будет».

Пошел рыбак домой и видит — жена-то его уж не в лачужке, а на месте лачужки стоит нарядная изба, и его жена сидит перед избою на скамье.

И взяла его жена за руку, и сказала ему: «Войди-ка сюда да посмотри теперь нам жить-то будет гораздо лучше».

И вошли они в избу: в избе просторные сени и большая комната, и покойчик, в котором их кровать стоит, и чулан с кладовою, и везде-то полки, и на полках-то всякого добра наставлено, и оловянной, и медной посуды — все необходимое. А позади дома небольшой дворик с курами и утками и маленький садик с зеленью и овощами. «Посмотри-ка, — сказала жена, разве это не хорошо?» — «Да, — сказал рыбак, — мы теперь заживем припеваючи». — «А вот посмотрим», — сказала жена. После этого они поужинали и пошли спать.

Так прошло недели с две, и сказала жена: «Слышь-ка, муженек, изба-то нам уж очень тесна, а двор и сад слишком малы; твоя камбала могла бы нам и побольше дом подарить. Я бы хотела жить в большом каменном замке; ступай-ка к камбале, проси, чтобы подарила нам каменный замок». — «Ах, жена, жена! — сказал рыбак. — Нам и в избе хорошо. Ну, как мы будем жить в замке?» — «Ах, что ты понимаешь? Ступай к камбале: она все это может сделать». — «Нет, жена! — сказал рыбак. — Камбала только что дала нам избу; не могу я к ней сейчас же опять идти: ведь она, пожалуй, может и разгневаться». — «Да ступай же! — сказала жена. — Она все это может сделать и сделает охотно. Ступай!»

У рыбака куда как тяжело было на сердце, он и идти не хотел; он сказал самому себе: «Этак делать не следует!» — и под конец все же пошел.

Когда он пришел к морю, море изрядно потемнело и стало иссиня-серым и не было уже таким светлым и зеленоватым, как прежде, однако же еще не волновалось. Тогда он подошел и сказал:

Рыба, рыбка, рыбинка,

Ты, морская камбала!

С просьбою к тебе жена

Против воли шлет меня!

«Ну, чего еще она хочет?» — спросила камбала. «Да вот, — сказал рыбак не без смущения, — она хочет жить в большом каменном замке». — «Ступай к ней, вон она стоит перед дверьми», — сказала камбала. Повернул рыбак к дому, стал подходить — и видит перед собою большой каменный дворец, а жена его стоит на крыльце и собирается войти во дворец; и взяла его за руку и сказала: «Войдем со мною вместе».

Вошли и видят, что полы все в замке выстланы мраморными плитами и везде множество слуг, которые отворяли перед ними двери настежь; и стены-то все блестели, обитые прекрасными обоями, а в покоях везде и стулья, и столы золоченые, и хрустальные люстры спускаются с потолка, и всюду ковры разостланы; всюду столы ломятся от яств и самых лучших вин. А позади замка большой двор с конюшнею и коровником; и экипажи в сараях стоят самые лучшие. Был там сверх того большой и прекрасный сад с красивейшими цветами и плодовыми деревьями, и парк тянулся, по крайней мере, на полмили от замка, полный оленей, диких коз и зайцев, и всего, чего душа пожелает.

«Ну-ка, — сказала довольная жена, — разве все это не прекрасно?» — «О да! — сказал рыбак. — На этом мы и остановимся, и станем жить в этом чудесном замке; теперь у нас всего вдоволь». — «А вот посмотрим да подумаем», — сказала жена. С этим они и спать легли.

На другое утро жена проснулась первая, когда уж совсем рассвело, и из своей постели стала осматривать благодатную страну, которая простиралась кругом замка.

Муж все еще спал и не шевелился, и она, толкнув его локтем в бок, сказала: «Муженек, вставай да глянь-ка в окошко. Надумалось мне — отчего бы нам не быть королем да королевой над всею этою страною? Сходи ты к рыбине, скажи, что хотим быть королями». — «Ах, матушка, — сказал рыбак, — ну, как это мы будем король да королева? Я никак не могу королем быть!» — «Ну, коли ты не можешь быть королем, так я могу быть королевой. Ступай к рыбине, скажи, что хочу быть королевой». — «Ах, жена! Ну, где ж тебе быть королевой? Я этого ей и сказать не посмею!» — «А почему бы не сказать? — крикнула жена. — Сейчас же ступай — я должна быть королевой!»

Пошел рыбак от жены и был очень смущен тем, что его жена задумала попасть в королевы. «Не следовало бы так-то, не следовало бы!» — думал он про себя. И не хотел идти к морю, однако пошел-таки. И когда пришел к морю, море было свинцово-серое и волновалось, и воды его были мутны. Стал он на берегу и сказал:

Рыба, рыбка, рыбинка,

Ты, морская камбала!

С просьбою к тебе жена

Против воли шлет меня!

«Ну, чего там еще хотите?» — спросила камбала. «Ах, — сказал рыбак, да ведь жена-то хочет королевой быть!» — «Ступай домой, будет по воле ее», — сказала камбала.

Пошел рыбак домой — и видит, что замок разросся и стал гораздо обширнее, и ворота у замка большие, красивые; а у входных дверей стоит стража, и везде кругом много солдат с барабанами и трубами. Вошел во дворец, видит — везде мрамор да позолота, и бархат, и большие сундуки с золотом. Открылись перед ним настежь и двери залы, где весь двор был в сборе, и увидел он жену свою на высоком золотом троне с алмазами, в большой золотой короне, а в руках у нее скипетр из чистого золота с драгоценными камнями, а по обе стороны ее по шести девиц в ряд, одна другой красивее.

Стал он перед женою и сказал: «Ну, вот, женушка, ты теперь и королевой стала!» — «Да, — сказала она, — я теперь королева!»

Постоял он против нее, помялся, поглазел на нее и сказал: «А что, женушка, небось хорошо в королевах-то быть? Чай, теперь уж ничего не пожелаешь!» — «Нет, муженек, — сказала жена с тревогою, — соскучилась я быть королевой и не хочу больше. Поди, скажи рыбине, что я вот теперь королева, а хочу быть кайзером». — «Ах, женушка! Ну, на что тебе быть кайзером!» — «Муж! Ступай к рыбине: хочу быть кайзером!» — «Ах, да нет же! отвечал рыбак. — Кайзером она не может тебя сделать, и я ей об этом и слова замолвить не посмею; ведь королей-то много, а кайзер-то один! Наверно знаю, что не может она тебя кайзером сделать — и не может, и не может!» — «Что такое? Я королева, а ты мой муж — и смеешь мне перечить? Сейчас пошел туда! Могла меня рыбина королевой сделать, сможет сделать и кайзером! Слышишь, хочу быть кайзером! Сейчас пошел к рыбине!»

Вот и должен он был пойти. И идучи к морю, он крепко тревожился и все думал про себя: «К плохому дело идет! Кайзером быть захотела — уж это совсем бессовестно! Надоест она своей дурью рыбинке!»

В этих думах подошел он к морю; а море-то совсем почернело и вздулось, и ходили по нему пенистые волны, и ветер свистал так, что рыбаку было страшно. Стал он на берегу и сказал:

Рыба, рыбка, рыбинка,

Ты, морская камбала!

С просьбою к тебе жена

Против воли шлет меня!

«Ну, чего она еще хочет?» — сказала камбала. «Ах, камбала-матушка! Жена-то теперь кайзером быть хочет!» — «Ступай к ней, — сказала рыбка, будет по ее воле».

Пошел рыбак домой — и видит перед собой громадный замок, весь из полированного мрамора, с алебастровыми статуями и золочеными украшениями. Перед входом в замок маршируют солдаты, в трубы трубят и бьют в барабаны; а внутри замка бароны и графы, и герцоги расхаживают вместо прислуги: они перед ним и двери отперли (и двери-то из чистого золота!). И когда он вошел в залу, то увидел жену свою на троне высоком-превысоком, из литого золота; на голове у нее золотая корона в три локтя вышиной, вся усыпанная брильянтами и яхонтами; в одной руке у нее скипетр, а в другой — держава; и по обе стороны трона стоят в два ряда стражники, один красивее другого, и выстроены по росту — от самого громадного верзилы до самого маленького карлика, с мизинчик.

А перед троном стоят князья и герцоги.

Стал перед женой муж и сказал: «Ну, женушка, ты теперь кайзер?» «Да, я теперь кайзер!» Посмотрел он на нее, полюбовался и сказал: «Небось, женушка, хорошо быть кайзером?» — «Ну, чего ты там стал? — сказала жена. — Я теперь кайзер, а хочу быть папой. Ступай, проси рыбину». «Ах, женушка! Чего ты еще захотела? Папой ты быть не можешь: папа один на весь крещеный мир! Этого и рыбинка не может сделать». — «Муж! — сказала она. — Я хочу быть папой! Сейчас ступай к морю! Сегодня же хочу быть папой!» — «Нет, женушка, этого не смею я сказать рыбине! Это и нехорошо, да и слишком уж дерзко: папой не может тебя камбала сделать!» «Коли могла кайзером сделать, сможет и папой! — сказала жена. — Сейчас пошел к морю! Я кайзер, а ты — мой муж! Пойдешь или нет?» Перепугался он и пошел, и совсем упал духом; дрожал, как в лихорадке, и колени у него сами подгибались.

Когда подошел он к морю, сильный ветер дул с моря, погоняя облака на небе, и было сумрачно на западе: листья срывало с деревьев, а море плескалось и шумело, ударяясь о берег, и видны были на нем вдали корабли, которые раскачивались и колыхались на волнах. Но все же на небе еще был заметен клочок лазури, хоть и явно было, что с юга надвигается буря. Вышел он на берег, совсем перепуганный, и сказал:

Рыба, рыбка, рыбинка,

Ты, морская камбала!

С просьбою к тебе жена

Против воли шлет меня!

«Ну, чего она еще хочет? — сказала камбала. «Ох, — проговорил рыбак, — хочет она папою быть!» — «Ступай к ней; будет по ее воле», — сказала камбала.

Пошел он обратно и, когда пришел, то увидел перед собою громадную кирху, кругом обстроенную дворцами. Едва пробился он сквозь толпу народа.

А внутри кирхи все было освещено тысячами и тысячами свечей, и жена его в одежде из чистого золота сидела на высочайшем троне, а на голове у ней были три большие золотые короны. Кругом ее толпилось много всякого духовенства, а по обе стороны трона стояли в два ряда свечи — от самой большой, толщиной с доброе бревно, до самой маленькой, грошовой свечурочки. А кайзеры и короли стояли перед ней на коленях и целовали ее туфлю.

«Женушка, — сказал рыбак, посмотревши на жену, — да ты, видно, папа?» — «Да, я теперь папа!»

Смотрел он, смотрел на нее, и казалось ему, что он смотрит на солнышко красное. Немного спустя и говорит он ей: «Ах, женушка, небось хорошо тебе папой быть?» А она сидела перед ним прямо и неподвижно, словно деревянная, и не двигалась, не трогалась с места. И сказал он: «Женушка! Ну, теперь, чай, довольна? Теперь ты папа и уж ничем больше не можешь быть?» — «А вот еще подумаю», — сказала жена.

И затем они отправились спать; но она все еще не была довольна, и ее алчность не давала ей уснуть, и все-то она думала, чем бы ей еще можно быть.

Муж, набегавшись за день, спал отлично и крепко, а жена, напротив того, совсем не могла заснуть и все ворочалась с боку на бок, и все придумывала, чего бы ей еще пожелать, и ничего придумать не могла.

А между тем дело шло к восходу солнца, и когда она увидала зарю, то пододвинулась к самому краю кровати и стала глядеть из окна на восходящее солнце…

«А, — подумала она, — да разве же я не могу тоже повелевать и солнцу, и луне, чтобы они восходили?»

«Муж, а муж! — сказала она и толкнула его локтем под ребра. — Проснись! Ступай опять к рыбине и скажи, что я хочу быть самим Богом!»

Муж еще не совсем очнулся от сна, однако же так перепугался этих слов, что с кровати свалился. Ему показалось, что он ослышался; он стал протирать себе глаза и сказал: «Ах, женушка, что это ты такое сказала?» — «Муженек, — сказала она, — я не могу повелеть ни солнцу, ни месяцу, чтобы они восходили, да и видеть того не могу, как солнце и месяц восходят, и покойна ни на час не буду, пока не дано мне будет самой повелевать и солнцем, и месяцем!»

И так на него посмотрела, что его мороз по коже продрал. «Сейчас же ступай туда! Я хочу быть самим Богом!» — «Ах, женушка! — воскликнул рыбак и пал перед нею на колени. — Да ведь этого камбала не может сделать! Кайзером и папой она еще могла тебя сделать; так вот и прошу я тебя, образумься, останься папой!»

Тут она пришла в ярость, волосы у ней взъерошились на голове, и она крикнула во все горло: «Не смей со мною так говорить! Не смей! Сейчас проваливай!»

Тогда он мигом собрался и побежал к морю, словно помешанный. А на море бушевала буря, да такая, что он еле на ногах держался: дома и деревья падали, и горы тряслись, и осколки скал, обрываясь, скатывались в море, и небо было черным-черно, и гром гремел, и молния блистала, и волны ходили по морю, похожие на горы, увенчанные белою пеною. Выйдя на берег, он закричал во весь голос, и все же не мог расслышать даже собственных слов:

Рыба, рыбка, рыбинка,

Ты, морская камбала!

С просьбою к тебе жена

Против воли шлет меня!

«Ну, чего же еще она хочет?» — спросила камбала. «Ах, — пролепетал он, — она хочет быть самим Господом Богом». — «Ступай же к ней — она опять сидит в своей лачуге».

Там они еще и по сегодня сидят да посиживают, на море синее поглядывают.

Жарким летним днем сидел один портняжка, скрестив ноги, на своем столе у окошка; он был в очень хорошем настроении и работал иглою что было мочи. Читать…

Жили-были храбрый король со своей прекрасной королевой. Они были бездетны, и это их очень огорчало. Горячо молились они, чтобы Бог послал им ребеночка, и, наконец, королева родила дочь. Читать…

сказка Братьев Гримм читать онлайн

Информация для родителей: Сказка о рыбаке и его жене — произведение братьев Гримм. В ней рассказывается о заворожённой рыбке, которая исполняла желания старика, и о его ненасытной жене, в итоге наказанной за свою жадность. Произведение «Сказка о рыбаке и его жене» будет интересно как взрослым, так и детям в возрасте от 5 до 8 лет.

Картинка к сказке о рыбаке и его жене

Читать сказку о рыбаке и его жене

Рыбак с женою жили в дрянной лачужке у самого моря. Рыбак ходил каждый день на море и удил рыбу. Так, и сидел он однажды за ужением, и все смотрел на блестящие волны — сидел да посиживал.

Вдруг удочка его погрузилась на дно глубоко-глубоко, и когда он её стал вытаскивать, то выволок вместе с нею и большую камбалу.

И сказала ему рыбина: «Слышь-ка, рыбак, прошу тебя, отпусти меня на волю: я не настоящая камбала, я — заворожённый принц. Ну, что тебе в том, что ты меня съешь? Я тебе не по вкусу придусь; лучше брось меня опять в воду, отпусти меня на простор». — «Ну, — сказал рыбак, — напрасно ты и столько слов потратила; я бы и без того, конечно, отпустил на свободу такую рыбину, которая по-нашему говорить может». И с этими словами он отпустил рыбину в воду, и пошла камбала на дно, оставляя следом по себе в воде кровавую струйку. Посмотрел рыбак, да и поплёлся к жене в свою лачужку.

«Что же, муженёк, — сказала жена, — или ты сегодня ничего не поймал?» — «Нет, — сказал рыбак, — я сегодня изловил камбалу, и она мне сказала, что она не камбала, а заворожённый принц; ну, я и отпустил её опять в море». — «Так разве же ты себе у неё ничего не выпросил?» — сказала жена. «Нет, да и чего же мне у ней просить?» — «Ах, — сказала жена, — да ведь нам же так скверно живётся в этой лачужке, и вони, и грязи у нас вдоволь; выпросил бы нам у неё избушку получше. Ступай-ка да вызови её из моря: скажи ей, что нам нужна изба понаряднее, и она наверно даст нам её». — «Ах, — сказал рыбак, — ну что я там ещё пойду шляться!» — «Да ведь ты же её изловил и опять на волю выпустил — она для тебя наверно все сделает».

Не хотелось рыбаку идти, но не хотелось и жене перечить — и поплёлся он к морю.

Когда пришёл он на море, море потемнело, и волны уже не так блестели, как утром. Подошёл он и сказал:

Рыба, рыбка, рыбинка,
Ты, морская камбала!
С просьбою к тебе жена
Против воли шлёт меня!

Приплыла к нему камбала и сказала: «Ну, что ж тебе надобно?» — «Да вот, — сказал рыбак, — я-то тебя сегодня изловил, так жена-то моя говорит, будто я должен у тебя что-нибудь себе выпросить. Не хочет, вишь, она больше жить в лачужке, в избу хочет на житье перейти». — «Ну, ступай, — сказала камбала, — все тебе будет».

Пошёл рыбак домой и видит — жена-то его уж не в лачужке, а на месте лачужки стоит нарядная изба, и его жена сидит перед избою на скамье.

И взяла его жена за руку, и сказала ему: «Войди-ка сюда да посмотри — теперь нам жить-то будет гораздо лучше».

И вошли они в избу: в избе просторные сени и большая комната, и покойчик, в котором их кровать стоит, и чулан с кладовою, и везде-то полки, и на полках-то всякого добра наставлено, и оловянной, и медной посуды — все необходимое. А позади дома небольшой дворик с курами и утками и маленький садик с зеленью и овощами. «Посмотри-ка, — сказала жена, — разве это не хорошо?» — «Да, — сказал рыбак, — мы теперь заживём припеваючи». — «А вот посмотрим», — сказала жена. После этого они поужинали и пошли спать.

Так, прошло недели с две, и сказала жена: «Слышь-ка, муженёк, изба-то нам уж очень тесна, а двор и сад слишком малы; твоя камбала могла бы нам и побольше дом подарить. Я бы хотела жить в большом каменном замке; ступай-ка к камбале, проси, чтобы подарила нам каменный замок». — «Ах, жена, жена! — сказал рыбак. — Нам и в избе хорошо. Ну, как мы будем жить в замке?» — «Ах, что ты понимаешь? Ступай к камбале: она все это может сделать». — «Нет, жена! — сказал рыбак. — Камбала только что дала нам избу; не могу я к ней сейчас же опять идти: ведь она, пожалуй, может и разгневаться». — «Да ступай же! — сказала жена. — Она все это может сделать и сделает охотно. Ступай!»

У рыбака куда как тяжело было на сердце, он и идти не хотел; он сказал самому себе: «Этак делать не следует!» — и под конец все же пошёл.

Когда он пришёл к морю, море изрядно потемнело и стало иссиня-чёрным и не было уже таким светлым и зеленоватым, как прежде, однако же, ещё не волновалось. Тогда он подошёл и сказал:

Рыба, рыбка, рыбинка,
Ты, морская камбала!
С просьбою к тебе жена
Против воли шлёт меня!

«Ну, чего ещё она хочет?» — спросила камбала. «Да вот, — сказал рыбак не без смущения, — она хочет жить в большом каменном замке». — «Ступай к ней, вон она стоит перед дверьми», — сказала камбала. Повернул рыбак к дому, стал подходить — и видит перед собою большой каменный дворец, а жена его стоит на крыльце и собирается войти во дворец; и взяла его за руку и сказала: «Войдём со мною вместе».

Вошли и видят, что полы все в замке выстланы мраморными плитами и везде множество слуг, которые отворяли перед ними двери настежь; и стены-то все блестели, обитые прекрасными обоями, а в покоях везде и стулья, и столы золочёные, и хрустальные люстры спускаются с потолка, и всюду ковры разостланы; всюду столы ломятся от яств и самых лучших вин. А позади замка большой двор с конюшнею и коровником; и экипажи в сараях стоят самые лучшие. Был там, сверх того, большой и прекрасный сад с красивейшими цветами и плодовыми деревьями, и парк тянулся, по крайней мере, на полмили от замка, полный оленей, диких коз и зайцев, и всего, чего душа пожелает.

«Ну-ка, — сказала довольная жена, — разве все это не прекрасно?» — «О да! — сказал рыбак. — На этом мы и остановимся, и станем жить в этом чудесном замке; теперь у нас всего вдоволь». — «А вот посмотрим да подумаем», — сказала жена. С этим они и спать легли.

На другое утро жена проснулась первая, когда уж совсем рассвело, и из своей постели стала осматривать благодатную страну, которая простиралась кругом замка.

Муж все ещё спал и не шевелился, и она, толкнув его локтем в бок, сказала: «Муженёк, вставай да глянь-ка в окошко. Надумалось мне — отчего бы нам не быть королём да королевой над всею этою страною? Сходи ты к рыбине, скажи, что хотим быть королями». — «Ах, матушка, — сказал рыбак, — ну, как это мы будем король да королева? Я никак не могу королём быть!» — «Ну, коли ты не можешь быть королём, так я могу быть королевой. Ступай к рыбине, скажи, что хочу быть королевой». — «Ах, жена! Ну, где ж тебе быть королевой? Я этого ей и сказать не посмею!» — «А почему бы не сказать? — крикнула жена. — Сейчас же ступай — я должна быть королевой!»

Пошёл рыбак от жены и был очень смущён тем, что его жена задумала попасть в королевы. «Не следовало бы так-то, не следовало бы!» — думал он про себя. И не хотел идти к морю, однако, пошёл-таки. И когда пришёл к морю, море было свинцово-серое и волновалось, и воды его были мутны. Стал он на берегу и сказал:

Рыба, рыбка, рыбинка,
Ты, морская камбала!
С просьбою к тебе жена
Против воли шлёт меня!

«Ну, чего там ещё хотите?» — спросила камбала. «Ах, — сказал рыбак, — да ведь жена-то хочет королевой быть!» — «Ступай домой, будет по воле её», — сказала камбала.

Пошёл рыбак домой — и видит, что замок разросся и стал гораздо обширнее, и ворота у замка большие, красивые; а у входных дверей стоит стража, и везде кругом много солдат с барабанами и трубами. Вошёл во дворец, видит — везде мрамор да позолота, и бархат, и большие сундуки с золотом. Открылись перед ним настежь и двери залы, где весь двор был в сборе, и увидел он жену свою на высоком золотом троне с алмазами, в большой золотой короне, а в руках у неё скипетр из чистого золота с драгоценными камнями, а по обе стороны её по шести девиц в ряд, одна другой красивее.

Стал он перед женою и сказал: «Ну, вот, жёнушка, ты теперь и королевой стала!» — «Да, — сказала она, — я теперь королева!»

Постоял он против неё, помялся, поглазел на неё и сказал: «А что, жёнушка, небось хорошо в королевах-то быть? Чай, теперь уж ничего не пожелаешь!» — «Нет, муженёк, — сказала жена с тревогою, — соскучилась я быть королевой и не хочу больше. Поди, скажи рыбине, что я вот теперь королева, а хочу быть кайзером». — «Ах, жёнушка! Ну, на что тебе быть кайзером!» — «Муж! Ступай к рыбине: хочу быть кайзером!» — «Ах, да нет же! — отвечал рыбак. — Кайзером она не может тебя сделать, и я ей об этом и слова замолвить не посмею; ведь королей-то много, а кайзер-то один! Наверно знаю, что не может она тебя кайзером сделать — и не может, и не может!» — «Что такое? Я королева, а ты мой муж — и смеешь мне перечить? Сейчас пошёл туда! Могла меня рыбина королевой сделать, сможет сделать и кайзером! Слышишь, хочу быть кайзером! Сейчас пошёл к рыбине!»

Вот и должен он был пойти. И идучи к морю, он крепко тревожился и все думал про себя: «К плохому дело идёт! Кайзером быть захотела — уж это совсем бессовестно! Надоест она своей дурью рыбинке!»

В этих думах подошёл он к морю; а море-то совсем почернело и вздулось, и ходили по нему пенистые волны, и ветер свистал так, что рыбаку было страшно. Стал он на берегу и сказал:

Рыба, рыбка, рыбинка,
Ты, морская камбала!
С просьбою к тебе жена
Против воли шлёт меня!

«Ну, чего она ещё хочет?» — сказала камбала. «Ах, камбала-матушка! Жена-то теперь кайзером быть хочет!» — «Ступай к ней, — сказала рыбка, — будет по её воле».

Пошёл рыбак домой — и видит перед собой громадный замок, весь из полированного мрамора, с алебастровыми статуями и золочёными украшениями. Перед входом в замок маршируют солдаты, в трубы трубят и бьют в барабаны; а внутри замка бароны и графы, и герцоги расхаживают вместо прислуги: они перед ним и двери отперли (и двери-то из чистого золота!). И когда он вошёл в залу, то увидел жену свою на троне высоком — превысоком, из литого золота; на голове у неё золотая корона в три локтя вышиной, вся усыпанная брильянтами и яхонтами; в одной руке у неё скипетр, а в другой — держава; и по обе стороны трона стоят в два ряда стражники, один красивее другого, и выстроены по росту — от самого громадного верзилы до самого маленького карлика, с мизинчик.

А перед троном стоят князья и герцоги.

Стал перед женой муж и сказал: «Ну, жёнушка, ты теперь кайзер?» — «Да, я теперь кайзер!» Посмотрел он на неё, полюбовался и сказал: «Небось, жёнушка, хорошо быть кайзером?» — «Ну, чего ты там стал? — сказала жена. — Я теперь кайзер, а хочу быть папой. Ступай проси рыбину». — «Ах, жёнушка! Чего ты ещё захотела? Папой ты быть не можешь: папа один на весь крещёный мир! Этого и рыбинка не может сделать». — «Муж! — сказала она. — Я хочу быть папой! Сейчас ступай к морю! Сегодня же хочу быть папой!» — «Нет, жёнушка, этого не смею я сказать рыбине! Это и нехорошо, да и слишком уж дерзко: папой не может тебя камбала сделать!» — «Коли могла кайзером сделать, сможет и папой! — сказала жена. — Сейчас пошёл к морю! Я кайзер, а ты мой муж! Пойдёшь или нет?» Перепугался он и пошёл, и совсем упал духом; дрожал как в лихорадке, и колени у него сами подгибались.

Когда подошёл он к морю, сильный ветер дул с моря, погоняя облака на небе, и было сумрачно на западе: листья срывало с деревьев, а море плескалось и шумело, ударяясь о берег, и видны были на нём вдали корабли, которые раскачивались и колыхались на волнах. Но все же на небе ещё был заметен клочок лазури, хоть и явно было, что с юга надвигается буря. Вышел он на берег, совсем перепуганный, и сказал:

Рыба, рыбка, рыбинка,
Ты, морская камбала!
С просьбою к тебе жена
Против воли шлёт меня!

«Ну, чего она ещё хочет?» — сказала камбала. «Ох, — проговорил рыбак, — хочет она папою быть!» — «Ступай к ней; будет по её воле», — сказала камбала.

Пошёл он обратно и когда пришёл, то увидел перед собою громадную кирху, кругом обстроенную дворцами. Едва пробился он сквозь толпу народа.

А внутри кирхи все было освещено тысячами и тысячами свечей, и жена его в одежде из чистого золота сидела на высочайшем троне, а на голове у ней были три большие золотые короны. Кругом неё толпилось много всякого духовенства, а по обе стороны трона стояли в два ряда свечи — от самой большой, толщиной с доброе бревно, до самой маленькой, грошовой свечурочки. А кайзеры и короли стояли перед ней на коленях и целовали её туфлю.

«Жёнушка, — сказал рыбак, посмотревши на жену, — да ты, видно, папа?» — «Да, я теперь папа!»

Смотрел он, смотрел на неё, и казалось ему, что он смотрит на солнышко красное. Немного спустя, и говорит он ей: «Ах, жёнушка, небось хорошо тебе папой быть?» А она сидела перед ним прямо и неподвижно, словно деревянная, и не двигалась, не трогалась с места. И сказал он: «Жёнушка! Ну, теперь, чай, довольна? Теперь ты папа и уж ничем больше не можешь быть?» — «А вот ещё подумаю», — сказала жена.

И затем они отправились спать; но она все ещё не была довольна, и её алчность не давала ей уснуть, и всё-то она думала, чем бы ей ещё можно быть.

Муж, набегавшись за день, спал отлично и крепко, а жена, напротив того, совсем не могла заснуть и все ворочалась с боку на бок, и все придумывала, чего бы ей ещё пожелать, и ничего придумать не могла.

А между тем дело шло к восходу солнца, и когда она увидала зарю, то пододвинулась к самому краю кровати и стала глядеть из окна на восходящее солнце…

«А, — подумала она, — да разве же я не могу тоже повелевать и солнцу, и луне, чтобы они восходили?»

«Муж, а муж! — сказала она и толкнула его локтем под рёбра. — Проснись! Ступай опять к рыбине и скажи, что я хочу быть самим Богом!»

Муж ещё не совсем очнулся от сна, однако же, так перепугался этих слов, что с кровати свалился. Ему показалось, что он ослышался; он стал протирать себе глаза и сказал: «Ах, жёнушка, что это ты такое сказала?» — «Муженёк, — сказала она, — я не могу повелеть ни солнцу, ни месяцу, чтобы они восходили, да и видеть того не могу, как солнце и месяц восходят, и покойна ни на час не буду, пока не дано мне будет самой повелевать и солнцем, и месяцем!»

И так на него посмотрела, что его мороз по коже продрал. «Сейчас же ступай туда! Я хочу быть самим Богом!» — «Ах, жёнушка! — воскликнул рыбак и пал перед нею на колени. — Да ведь этого камбала не может сделать! Кайзером и папой она ещё могла тебя сделать; так вот и прошу я тебя, образумься останься папой!»

Тут она пришла в ярость, волосы у ней взъерошились на голове, и она крикнула во все горло: «Не смей со мною так говорить! Не смей! Сейчас проваливай!»

Тогда он мигом собрался и побежал к морю, словно помешанный. А на море бушевала буря, да такая, что он еле на ногах держался: дома и деревья падали, и горы тряслись, и осколки скал, обрываясь, скатывались в море, и небо было чёрным — черно, и гром гремел, и молния блистала, и волны ходили по морю, похожие на горы, увенчанные белою пеною. Выйдя на берег, он закричал во весь голос, и все же не мог расслышать даже собственных слов:

Рыба, рыбка, рыбинка,
Ты, морская камбала!
С просьбою к тебе жена
Против воли шлёт меня!

«Ну, чего же ещё она хочет?» — спросила камбала. «Ах, — пролепетал он, — она хочет быть самим Господом Богом». — «Ступай же к ней — она опять сидит в своей лачуге».

Там они ещё и по сегодня сидят да посиживают, на море синее поглядывают.

Викторина по сказке братьев Гримм Сказка о рыбаке и его жене — тест онлайн игра — вопросы с ответами

Викторина по сказке братьев Гримм «Сказка о рыбаке и его жене»

Мой результат

Тест онлайн

Нашли ошибку? Выделите ошибку и нажмите Ctrl+Enter

Выбрав правильный на ваш взгляд вариант ответа, жмите на кнопку «Проверить». Если хотите сразу увидеть правильные ответы, ищите под вопросами ссылку «Посмотреть правильные ответы»

1. 

Где жили старик со старухой?

2. 

Какой была рыба, пойманная стариком?

3. 

Кем назвалась рыба, прося, чтобы старик отпустил её?

4. 

Что захотела старуха, когда только узнала, что старик поймал волшебную рыбу?

5. 

Захотел ли старик жить в каменном замке?

6. 

Что захотела старуха в третий раз?

7. 

Остановилась ли старуха, став королевой?

8. 

Кем старуха захотела стать в последнем своём желании?

9. 

Чем закончилась сказка?

10. 

Чему учит сказка братьев Гримм «Сказка о рыбаке и его жене»?

Сказка о рыбаке и его жене

Подробности
Категория: Братья Якоб и Вильгельм Гримм

Сказка о рыбаке и его жене


Жил-был рыбак со своею женой.
А жили они у самого моря в низкой и тесной лачуге, похожей на старый глиняный горшок. И каждый день ловил рыбак удочкой рыбу, ловил да ловил. Однажды смотрит рыбак, а на крючке большая рыба камбала. И вдруг заговорила рыба и сказала: «Послушай, рыбак, отпусти меня, я ведь не простая камбала, а заколдованный принц».
«Ну, камбала, раз ты умеешь говорить, конечно, я тебя отпущу». С этими словами бросил он чудо-рыбину в чистую воду, и поплыла она к себе на дно. А рыбак пошёл домой, и встретила его жена, и спросила: «Неужели ты сегодня ничего не поймал? »
«Нет, поймать-то я поймал большую камбалу, но оказалось, что она – заколдованный принц, вот я её и отпустил».
«Просто так отпустил и ничего у неё не выпросил? Да ведь наша лачуга – точь-в-точь старый горшок, здесь так душно и скверно. Ты бы мог попросить для нас домик. Поди и позови камбалу-принца, скажи: нам нужен новенький домик. Он тебе не откажет».
Не хотел муж идти, но перечить жене не стал и всё же отправился к морю. Было море прозрачное, стало мутно-зелёное. Встал он на берегу и крикнул:
Рыба-камбала, ты где?
Помоги моей беде!
Ильзебиль, моя жена,
Звать велит тебя со дна.
Камбала-принц приплыл и спросил: «Ну, чего же она хочет? » «Ах, – сказал муж, – я ведь тебя поймал, и теперь моя жена говорит, что я должен у тебя чего-нибудь выпросить. Не желает она больше жить в старой лачуге, она хочет новенький домик».
«Ступай, – сказал ему камбала-принц, – есть у неё уже домик».
Вернулся муж. И видит – новенький домик, а в нём – и горница, и столовая, и кухня, и кладовка с оловянной и латунной посудой. А за домиком дворик с курами и утками, и огородик с овощами, и садик с фруктами.
«Да, – сказал муж, – теперь заживём на славу, лучше уж не бывает».
Но жена сказала: «Посмотрим…»
Прошло то ли восемь, то ли четырнадцать дней, и сказала жена: «Послушай, муженёк, домик-то тесноват и двор маловат. Иди к камбале-принцу, пусть он подарит нам замок».
Пришёл муж к морю, была вода мутно-зелёная, а стала тёмно-серая. Встал он на берегу и крикнул:
Рыба-камбала, ты где?
Помоги моей беде!
Ильзебиль, моя жена,
Звать велит тебя со дна.
«Ну, чего же ещё твоя жена хочет?» – спросил камбала-принц.
«Ах, – сказал печально рыбак, – она хочет жить в большом замке».
«Ступай, она уже стоит у его дверей», – сказал камбала-принц.
Отправился муж домой и видит большой каменный замок, и его жена стоит на ступенях. Вошли они, а там гостиная с мраморным полом, на стенах красивые обои, а в комнатах столы и стулья золотые, с потолка свисают хрустальные люстры, и повсюду расстелены ковры. А за домом большой двор с конюшней и коровником, а дальше роскошный сад с прекраснейшими цветами и плодовыми деревьями, и роща чуть не с полмили длиной, а в ней – олени, и лани, и зайцы – всё, что ни пожелаешь.
«О, – сказал муж, – теперь-то заживём на славу, лучше уж не бывает». Но жена сказала: «Посмотрим…» Поутру поглядела жена в окно, и открылись перед ней прекрасные дали.
«Муженёк, вставай и погляди в окно! Хочу, чтоб вся страна была нашей. Иди к камбале, скажи: я хочу стать императрицей!»
Пошёл муж, и страшно ему было, и думал он про себя: ох, это всё не к добру!
Пришёл к морю, а море уже стало чёрным, и бурлит оно так, как будто вскипает. Встал он на берегу и крикнул:
Рыба-камбала, ты где?
Помоги моей беде!
Ильзебиль, моя жена,
Звать велит тебя со дна.
«Ну, чего же ещё твоя жена хочет?» – спросил камбала-принц.
«Ах, – сказал рыбак, – хочет она стать императрицей».
«Ступай, – сказал камбала-принц, – она уже императрица».
Воротился муж и увидел дворец из полированного мрамора с алебастровыми статуями и золотыми украшениями. Перед воротами солдаты маршируют, в трубы трубят, в барабаны бьют. Отворились двери из чистого золота, вошёл он, а там жена его сидит на золотом троне, в золотой короне, бриллиантами и рубинами украшенной. В одной руке у неё скипетр, в другой держава. И стоят перед ней и прислуживают всё князья да герцоги.
И он стоял и глядел на неё, и, насмотревшись» сказал:
«Ах, жена, а ведь к лицу тебе быть императрицей!»
«Муж, – сказала она, – ну что ты стоишь? Теперь хочу я стать папой римским! Иди к камбале-принцу!»
«Ах, жена, – удивился муж, – да разве женщина может стать папой?»
«Муж, что ты болтаешь, – рассердилась жена, – если смог он меня сделать императрицей – сможет сделать и папой. Я императрица, а ты всего лишь мой муж. Отправляйся сейчас же!»
Испугался он и пошёл к морю, и было ему совсем худо, и поджилки тряслись от страха. Вдруг пронёсся над морем ветер и стало темно, как ночью, волны бились о берег, и корабли взывали о помощи залпами пушек. И застыл рыбак в ужасе и произнёс:
Рыба-камбала, ты где?
Помоги моей беде!
Илъзебиль, моя жена,
Звать велит тебя со дна.
«Ну чего же ещё твоя жена хочет?» – спросил принц-камбала.
«Ах, – сказал рыбак, – она хочет стать папой римским».
«Ступай, она уже папа», – сказал камбала-принц.
Воротился он – а там стоит большой собор, окруженный прекрасными дворцами. А в соборе жена его сидит на троне, и на ней три большие золотые короны, а вокруг неё люди духовного сана, а по обе стороны стоят свечи в два ряда от самой большой, что размером с башню, до самой маленькой – кухонной свечки, и все императоры и короли падают ниц и целуют ей туфлю.
Стоял он так, смотрел, и казалось ему, будто он глядит на яркое солнце. Насмотревшись, сказал он: «Жена, ну теперь-то ты довольна, став папой?»
Но жена сказала: «Посмотрим…»
Наутро, перед самым восходом солнца, увидела жена в окне зарю и подумала: «Разве я не могу повелевать восходом солнца и луны?» «Муж, – сказала она и толкнула его локтем в бок, – вставай, иди к камбале-принцу, скажи, я хочу быть равной Господу Богу». Муж ещё глаз не открыл, но так испугался, что упал с кровати.
«Ах, жена, – вскричал он, похолодев от страха, – камбала-принц не сможет выполнить это желание, прошу тебя, образумься и останься папой!»
Тут она пришла в такую ярость, что волосы у неё встали дыбом. Она оттолкнула его ногой и закричала: «С кем ты споришь, с самим римским папой? Я терпеть это больше не стану!»
Натянул он штаны и побежал сломя голову.
Бушевала такая гроза, что дома и деревья сносило ветром, и горы дрожали, и рушились скалы, на море перекатывались чёрные волны, огромные, как колокольни. И крикнул он, но собственных слов не расслышал:
Рыба-камбала, ты где?
Помоги моей беде!
Ильзебиль, моя жена,
Звать велит тебя со дна!
«Ну, чего она хочет?» – спросил принц-камбала.
«Ах, – сказал он, – она хочет быть равной Господу Богу».
«Ступай, она снова сидит в своей старой лачуге».
И сидит она так по сей день.


— КОНЕЦ —

Сказка братьев Гримм.  Иллюстрации В. Чапая

Настоящие сказки братьев Гримм. Полное собрание (Якоб и Вильгельм Гримм, 1800-1818)

О рыбаке и его жене

Рыбак с женою жили в дрянной лачужке у самого моря. Рыбак ходил каждый день на море и удил рыбу. Так и сидел он однажды за ужением и все смотрел на блестящие волны – сидел да посиживал.

Вдруг удочка его погрузилась на дно глубоко-глубоко, и когда он ее стал вытаскивать, то выволок вместе с ней и большую камбалу.

И сказала ему рыбина: «Слышь-ка, рыбак, прошу тебя, отпусти меня на волю: я не настоящая камбала, я – завороженный принц. Ну, что тебе в том, что ты меня съешь? Я тебе не по вкусу придусь; лучше брось меня опять в воду, отпусти меня на простор». – «Ну, – сказал рыбак, – напрасно ты и столько слов потратила; я бы и без того, конечно, отпустил на свободу такую рыбину, которая по-нашему говорить может». И с этими словами он отпустил рыбину в воду, и пошла камбала на дно, оставляя следом по себе в воде кровавую струйку. Посмотрел рыбак, да и поплелся к жене в свою лачужку.

«Что же, муженек, – сказала жена, – или ты сегодня ничего не поймал?» – «Нет, – сказал рыбак, – я сегодня изловил камбалу, и она мне сказала, что она не камбала, а завороженный принц; ну, я и отпустил ее опять в море». – «Так разве же ты себе у нее ничего не выпросил?» – сказала жена. «Нет, да и чего же мне у нее просить?» – «Ах, – сказала жена, – да ведь нам же так скверно живется в этой лачужке, и вони, и грязи у нас вдоволь; выпросил бы нам у нее избушку получше. Ступай-ка да вызови ее из моря: скажи ей, что нам нужна изба понаряднее, и она, наверно, даст нам ее». – «Ах, – сказал рыбак, – ну что я там еще пойду шляться!» – «Да ведь ты же ее изловил и опять на волю выпустил – она для тебя, наверно, все сделает».

Не хотелось рыбаку идти, но не хотелось и жене перечить – и поплелся он к морю.

Когда пришел он на море, море потемнело, и волны уже не так блестели, как утром. Подошел он и сказал:

Рыба, рыбка, рыбинка,

Ты, морская камбала!

С просьбою к тебе жена

Против воли шлет меня!

Приплыла к нему камбала и сказала: «Ну, что ж тебе надобно?» – «Да вот, – сказал рыбак, – я-то тебя сегодня изловил, так жена-то моя говорит, будто я должен у тебя что-нибудь себе выпросить. Не хочет, вишь, она больше жить в лачужке, в избу хочет на житье перейти». – «Ну, ступай, – сказала камбала, – все тебе будет».

Пошел рыбак домой и видит – жена-то его уж не в лачужке, а на месте лачужки стоит нарядная изба, и его жена сидит перед избою на скамье.

И взяла его жена за руку, и сказала ему: «Войди-ка сюда да посмотри – теперь нам жить-то будет гораздо лучше».

И вошли они в избу: в избе просторные сени и большая комната, и покойчик, в котором их кровать стоит, и чулан с кладовою, и везде-то полки, и на полках-то всякого добра наставлено, и оловянной, и медной посуды – все необходимое. А позади дома небольшой дворик с курами и утками и маленький садик с зеленью и овощами. «Посмотри-ка, – сказала жена, – разве это не хорошо?» – «Да, – сказал рыбак, – мы теперь заживем припеваючи». – «А вот посмотрим», – сказала жена. После этого они поужинали и пошли спать.

Так прошло недели с две, и сказала жена: «Слышь-ка, муженек, изба-то нам уж очень тесна, а двор и сад слишком малы; твоя камбала могла бы нам и побольше дом подарить. Я бы хотела жить в большом каменном замке; ступай-ка к камбале, проси, чтобы подарила нам каменный замок». – «Ах, жена, жена! – сказал рыбак. – Нам и в избе хорошо. Ну, как мы будем жить в замке?» – «Ах, что ты понимаешь? Ступай к камбале: она все это может сделать». – «Нет, жена! – сказал рыбак. – Камбала только что дала нам избу; не могу я к ней сейчас же опять идти: ведь она, пожалуй, может и разгневаться». – «Да ступай же! – сказала жена. – Она все это может сделать и сделает охотно. Ступай!»

У рыбака куда как тяжело было на сердце, он и идти не хотел; он сказал самому себе: «Этак делать не следует!» – и под конец все же пошел.

Когда он пришел к морю, море изрядно потемнело, стало иссиня-серым и не было уже таким светлым и зеленоватым, как прежде, однако же еще не волновалось. Тогда он подошел и сказал:

Рыба, рыбка, рыбинка,

Ты, морская камбала!

С просьбою к тебе жена

Против воли шлет меня!

«Ну, чего еще она хочет?» – спросила камбала. «Да вот, – сказал рыбак не без смущения, – она хочет жить в большом каменном замке». – «Ступай к ней, вон она стоит перед дверьми», – сказала камбала. Повернул рыбак к дому, стал подходить – и видит перед собою большой каменный дворец, а жена его стоит на крыльце и собирается войти во дворец; и взяла его за руку и сказала: «Войдем со мною вместе».

Вошли и видят, что полы все в замке выстланы мраморными плитами и везде множество слуг, которые отворяли перед ними двери настежь; и стены-то все блестели, обитые прекрасными обоями, а в покоях везде и стулья, и столы золоченые, и хрустальные люстры спускаются с потолка, и всюду ковры разостланы; всюду столы ломятся от яств и самых лучших вин. А позади замка большой двор с конюшнею и коровником; и экипажи в сараях стоят самые лучшие. Был там сверх того большой и прекрасный сад с красивейшими цветами и плодовыми деревьями, и парк тянулся, по крайней мере, на полмили от замка, полный оленей, диких коз и зайцев, и всего, чего душа пожелает.

«Ну-ка, – сказала довольная жена, – разве все это не прекрасно?» – «О да! – сказал рыбак. – На этом мы и остановимся, и станем жить в этом чудесном замке; теперь у нас всего вдоволь». – «А вот посмотрим да подумаем», – сказала жена. С этим они и спать легли.

На другое утро жена проснулась первая, когда уж совсем рассвело, и из своей постели стала осматривать благодатную страну, которая простиралась кругом замка.

«О рыбаке и его жене».

Художники – Филипп Грот-Иоганн, Роберт Лайвебер. 1892 г.

«…”Что же, муженек, – сказала жена, – или ты сегодня ничего не поймал?” – “Нет, – сказал рыбак, – я сегодня изловил камбалу, и она мне сказала, что она не камбала, а завороженный принц; ну, я и отпустил ее опять в море”…»

Муж все еще спал и не шевелился, и она, толкнув его локтем в бок, сказала: «Муженек, вставай да глянь-ка в окошко. Надумалось мне – отчего бы нам не быть королем да королевой над всею этою страною? Сходи ты к рыбине, скажи, что хотим быть королями». – «Ах, матушка, – сказал рыбак, – ну, как это мы будем король да королева? Я никак не могу королем быть!» – «Ну, коли ты не можешь быть королем, так я могу быть королевой. Ступай к рыбине, скажи, что хочу быть королевой». – «Ах, жена! Ну, где ж тебе быть королевой? Я этого ей и сказать не посмею!» – «А почему бы не сказать? – крикнула жена. – Сейчас же ступай – я должна быть королевой!»

Пошел рыбак от жены и был очень смущен тем, что его жена задумала попасть в королевы. «Не следовало бы так-то, не следовало бы!» – думал он про себя. И не хотел идти к морю, однако пошел-таки. И когда пришел к морю, море было свинцово-серое и волновалось, и воды его были мутны. Стал он на берегу и сказал:

Рыба, рыбка, рыбинка,

Ты, морская камбала!

С просьбою к тебе жена

Против воли шлет меня!

«Ну, чего там еще хотите?» – спросила камбала. «Ах, – сказал рыбак, – да ведь жена-то хочет королевой быть!» – «Ступай домой, будет по воле ее», – сказала камбала.

Пошел рыбак домой – и видит, что замок разросся и стал гораздо обширнее, и ворота у замка большие, красивые; а у входных дверей стоит стража, и везде кругом много солдат с барабанами и трубами. Вошел во дворец, видит – везде мрамор да позолота, и бархат, и большие сундуки с золотом. Открылись перед ним настежь и двери залы, где весь двор был в сборе, и увидел он жену свою на высоком золотом троне с алмазами, в большой золотой короне, а в руках у нее скипетр из чистого золота с драгоценными камнями, а по обе стороны ее по шести девиц в ряд, одна другой красивее.

Стал он перед женою и сказал: «Ну вот, женушка, ты теперь и королевой стала!» – «Да, – сказала она, – я теперь королева!»

Постоял он против нее, помялся, поглазел на нее и сказал: «А что, женушка, небось хорошо в королевах-то быть? Чай, теперь уж ничего не пожелаешь!» – «Нет, муженек, – сказала жена с тревогою, – соскучилась я быть королевой и не хочу больше. Поди, скажи рыбине, что я вот теперь королева, а хочу быть кайзером». – «Ах, женушка! Ну, на что тебе быть кайзером!» – «Муж! Ступай к рыбине: хочу быть кайзером!» – «Ах, да нет же! – отвечал рыбак. – Кайзером она не может тебя сделать, и я ей об этом и слова замолвить не посмею; ведь королей-то много, а кайзер-то один! Наверно знаю, что не может она тебя кайзером сделать – и не может, и не может!» – «Что такое? Я королева, а ты мой муж – и смеешь мне перечить? Сейчас пошел туда! Могла меня рыбина королевой сделать, сможет сделать и кайзером! Слышишь, хочу быть кайзером! Сейчас пошел к рыбине!»

Вот и должен он был пойти. И, идучи к морю, он крепко тревожился и все думал про себя: «К плохому дело идет! Кайзером быть захотела – уж это совсем бессовестно! Надоест она своей дурью рыбинке!»

В этих думах подошел он к морю; а море-то совсем почернело и вздулось, и ходили по нему пенистые волны, и ветер свистал так, что рыбаку было страшно. Стал он на берегу и сказал:

Рыба, рыбка, рыбинка,

Ты, морская камбала!

С просьбою к тебе жена

Против воли шлет меня!

«Ну, чего она еще хочет?» – сказала камбала. «Ах, камбала-матушка! Жена-то теперь кайзером быть хочет!» – «Ступай к ней, – сказала рыбка, – будет по ее воле».

Пошел рыбак домой – и видит перед собой громадный замок, весь из полированного мрамора, с алебастровыми статуями и золочеными украшениями. Перед входом в замок маршируют солдаты, в трубы трубят и бьют в барабаны; а внутри замка бароны и графы, и герцоги расхаживают вместо прислуги: они перед ним и двери отперли (и двери-то из чистого золота!). И когда он вошел в залу, то увидел жену свою на троне высоком-превысоком, из литого золота; на голове у нее золотая корона в три локтя вышиной, вся усыпанная бриллиантами и яхонтами; в одной руке у нее скипетр, а в другой – держава; и по обе стороны трона стоят в два ряда стражники, один красивее другого, и выстроены по росту – от самого громадного верзилы до самого маленького карлика, с мизинчик.

А перед троном стоят князья и герцоги.

Стал перед женой муж и сказал: «Ну, женушка, ты теперь кайзер?» – «Да, я теперь кайзер!» Посмотрел он на нее, полюбовался и сказал: «Небось, женушка, хорошо быть кайзером?» – «Ну, чего ты там стал? – сказала жена. – Я теперь кайзер, а хочу быть папой. Ступай, проси рыбину». – «Ах, женушка! Чего ты еще захотела? Папой ты быть не можешь: папа один на весь крещеный мир! Этого и рыбинка не может сделать». – «Муж! – сказала она. – Я хочу быть папой! Сейчас ступай к морю! Сегодня же хочу быть папой!» – «Нет, женушка, этого не смею я сказать рыбине! Это и нехорошо, да и слишком уж дерзко: папой не может тебя камбала сделать!» – «Коли могла кайзером сделать, сможет и папой! – сказала жена. – Сейчас пошел к морю! Я кайзер, а ты – мой муж! Пойдешь или нет?» Перепугался он и пошел, и совсем упал духом; дрожал, как в лихорадке, и колени у него сами подгибались.

Когда подошел он к морю, сильный ветер дул с моря, погоняя облака на небе, и было сумрачно на западе: листья срывало с деревьев, а море плескалось и шумело, ударяясь о берег, и видны были на нем вдали корабли, которые раскачивались и колыхались на волнах. Но все же на небе еще был заметен клочок лазури, хоть и явно было, что с юга надвигается буря. Вышел он на берег, совсем перепуганный, и сказал:

Рыба, рыбка, рыбинка,

Ты, морская камбала!

С просьбою к тебе жена

Против воли шлет меня!

«Ну, чего она еще хочет?» – сказала камбала. «Ох, – проговорил рыбак, – хочет она папою быть!» – «Ступай к ней; будет по ее воле», – сказала камбала.

Пошел он обратно, и когда пришел, то увидел перед собою громадную кирху, кругом обстроенную дворцами. Едва пробился он сквозь толпу народа.

А внутри кирхи все было освещено тысячами и тысячами свечей, и жена его в одежде из чистого золота сидела на высочайшем троне, а на голове у ней были три большие золотые короны. Кругом ее толпилось много всякого духовенства, а по обе стороны трона стояли в два ряда свечи – от самой большой, толщиной с доброе бревно, до самой маленькой, грошовой свечурочки. А кайзеры и короли стояли перед ней на коленях и целовали ее туфлю.

«Женушка, – сказал рыбак, посмотревши на жену, – да ты, видно, папа?» – «Да, я теперь папа!»

Смотрел он, смотрел на нее, и казалось ему, что он смотрит на солнышко красное. Немного спустя и говорит он ей: «Ах, женушка, небось, хорошо тебе папой быть?» А она сидела перед ним прямо и неподвижно, словно деревянная, и не двигалась, не трогалась с места. И сказал он: «Женушка! Ну, теперь, чай, довольна? Теперь ты папа и уж ничем больше не можешь быть?» – «А вот еще подумаю», – сказала жена.

И затем они отправились спать; но она все еще не была довольна, и ее алчность не давала ей уснуть, и все-то она думала, чем бы ей еще можно быть.

Муж, набегавшись за день, спал отлично и крепко, а жена, напротив того, совсем не могла заснуть и все ворочалась с боку на бок, и все придумывала, чего бы ей еще пожелать, и ничего придумать не могла.

А между тем дело шло к восходу солнца, и когда она увидала зарю, то пододвинулась к самому краю кровати и стала глядеть из окна на восходящее солнце…

«А, – подумала она, – да разве же я не могу тоже повелевать и солнцу, и луне, чтобы они восходили?»

«Муж, а муж! – сказала она и толкнула его локтем под ребра. – Проснись! Ступай опять к рыбине и скажи, что я хочу быть самим Богом!»

Муж еще не совсем очнулся от сна, однако же так перепугался этих слов, что с кровати свалился. Ему показалось, что он ослышался; он стал протирать себе глаза и сказал: «Ах, женушка, что это ты такое сказала?» – «Муженек, – сказала она, – я не могу повелеть ни солнцу, ни месяцу, чтобы они восходили, да и видеть того не могу, как солнце и месяц восходят, и покойна ни на час не буду, пока не дано мне будет самой повелевать и солнцем, и месяцем!»

И так на него посмотрела, что его мороз по коже продрал. «Сейчас же ступай туда! Я хочу быть самим Богом!» – «Ах, женушка! – воскликнул рыбак и пал перед нею на колени. – Да ведь этого камбала не может сделать! Кайзером и папой она еще могла тебя сделать; так вот и прошу я тебя, образумься, останься папой!»

Тут она пришла в ярость, волосы у ней взъерошились на голове, и она крикнула во все горло: «Не смей со мною так говорить! Не смей! Сейчас проваливай!»

Тогда он мигом собрался и побежал к морю, словно помешанный. А на море бушевала буря, да такая, что он еле на ногах держался: дома и деревья падали, и горы тряслись, и осколки скал, обрываясь, скатывались в море, и небо было черным-черно, и гром гремел, и молния блистала, и волны ходили по морю, похожие на горы, увенчанные белою пеною. Выйдя на берег, он закричал во весь голос, и все же не мог расслышать даже собственных слов:

Рыба, рыбка, рыбинка,

Ты, морская камбала!

С просьбою к тебе жена

Против воли шлет меня!

«Ну, чего же еще она хочет?» – спросила камбала. «Ах, – пролепетал он, – она хочет быть самим Господом Богом». – «Ступай же к ней – она опять сидит в своей лачуге».

Там они еще и по сегодня сидят да посиживают, на море синее поглядывают.

Читать сказку Сказка о рыбаке и его жене

Сказка о рыбаке и его жене


Жил-был рыбак со своею женой.
А жили они у самого моря в низкой и тесной лачуге, похожей на старый глиняный горшок. И каждый день ловил рыбак удочкой рыбу, ловил да ловил. Однажды смотрит рыбак, а на крючке большая рыба камбала. И вдруг заговорила рыба и сказала: «Послушай, рыбак, отпусти меня, я ведь не простая камбала, а заколдованный принц».
«Ну, камбала, раз ты умеешь говорить, конечно, я тебя отпущу». С этими словами бросил он чудо-рыбину в чистую воду, и поплыла она к себе на дно. А рыбак пошёл домой, и встретила его жена, и спросила: «Неужели ты сегодня ничего не поймал? »
«Нет, поймать-то я поймал большую камбалу, но оказалось, что она – заколдованный принц, вот я её и отпустил».
«Просто так отпустил и ничего у неё не выпросил? Да ведь наша лачуга – точь-в-точь старый горшок, здесь так душно и скверно. Ты бы мог попросить для нас домик. Поди и позови камбалу-принца, скажи: нам нужен новенький домик. Он тебе не откажет».
Не хотел муж идти, но перечить жене не стал и всё же отправился к морю. Было море прозрачное, стало мутно-зелёное. Встал он на берегу и крикнул:
Рыба-камбала, ты где?
Помоги моей беде!
Ильзебиль, моя жена,
Звать велит тебя со дна.
Камбала-принц приплыл и спросил: «Ну, чего же она хочет? » «Ах, – сказал муж, – я ведь тебя поймал, и теперь моя жена говорит, что я должен у тебя чего-нибудь выпросить. Не желает она больше жить в старой лачуге, она хочет новенький домик».
«Ступай, – сказал ему камбала-принц, – есть у неё уже домик».
Вернулся муж. И видит – новенький домик, а в нём – и горница, и столовая, и кухня, и кладовка с оловянной и латунной посудой. А за домиком дворик с курами и утками, и огородик с овощами, и садик с фруктами.
«Да, – сказал муж, – теперь заживём на славу, лучше уж не бывает».
Но жена сказала: «Посмотрим…»
Прошло то ли восемь, то ли четырнадцать дней, и сказала жена: «Послушай, муженёк, домик-то тесноват и двор маловат. Иди к камбале-принцу, пусть он подарит нам замок».
Пришёл муж к морю, была вода мутно-зелёная, а стала тёмно-серая. Встал он на берегу и крикнул:
Рыба-камбала, ты где?
Помоги моей беде!
Ильзебиль, моя жена,
Звать велит тебя со дна.
«Ну, чего же ещё твоя жена хочет?» – спросил камбала-принц.
«Ах, – сказал печально рыбак, – она хочет жить в большом замке».
«Ступай, она уже стоит у его дверей», – сказал камбала-принц.
Отправился муж домой и видит большой каменный замок, и его жена стоит на ступенях. Вошли они, а там гостиная с мраморным полом, на стенах красивые обои, а в комнатах столы и стулья золотые, с потолка свисают хрустальные люстры, и повсюду расстелены ковры. А за домом большой двор с конюшней и коровником, а дальше роскошный сад с прекраснейшими цветами и плодовыми деревьями, и роща чуть не с полмили длиной, а в ней – олени, и лани, и зайцы – всё, что ни пожелаешь.
«О, – сказал муж, – теперь-то заживём на славу, лучше уж не бывает». Но жена сказала: «Посмотрим…» Поутру поглядела жена в окно, и открылись перед ней прекрасные дали.
«Муженёк, вставай и погляди в окно! Хочу, чтоб вся страна была нашей. Иди к камбале, скажи: я хочу стать императрицей!»
Пошёл муж, и страшно ему было, и думал он про себя: ох, это всё не к добру!
Пришёл к морю, а море уже стало чёрным, и бурлит оно так, как будто вскипает. Встал он на берегу и крикнул:
Рыба-камбала, ты где?
Помоги моей беде!
Ильзебиль, моя жена,
Звать велит тебя со дна.
«Ну, чего же ещё твоя жена хочет?» – спросил камбала-принц.
«Ах, – сказал рыбак, – хочет она стать императрицей».
«Ступай, – сказал камбала-принц, – она уже императрица».
Воротился муж и увидел дворец из полированного мрамора с алебастровыми статуями и золотыми украшениями. Перед воротами солдаты маршируют, в трубы трубят, в барабаны бьют. Отворились двери из чистого золота, вошёл он, а там жена его сидит на золотом троне, в золотой короне, бриллиантами и рубинами украшенной. В одной руке у неё скипетр, в другой держава. И стоят перед ней и прислуживают всё князья да герцоги.
И он стоял и глядел на неё, и, насмотревшись» сказал:
«Ах, жена, а ведь к лицу тебе быть императрицей!»
«Муж, – сказала она, – ну что ты стоишь? Теперь хочу я стать папой римским! Иди к камбале-принцу!»
«Ах, жена, – удивился муж, – да разве женщина может стать папой?»
«Муж, что ты болтаешь, – рассердилась жена, – если смог он меня сделать императрицей – сможет сделать и папой. Я императрица, а ты всего лишь мой муж. Отправляйся сейчас же!»
Испугался он и пошёл к морю, и было ему совсем худо, и поджилки тряслись от страха. Вдруг пронёсся над морем ветер и стало темно, как ночью, волны бились о берег, и корабли взывали о помощи залпами пушек. И застыл рыбак в ужасе и произнёс:
Рыба-камбала, ты где?
Помоги моей беде!
Илъзебиль, моя жена,
Звать велит тебя со дна.
«Ну чего же ещё твоя жена хочет?» – спросил принц-камбала.
«Ах, – сказал рыбак, – она хочет стать папой римским».
«Ступай, она уже папа», – сказал камбала-принц.
Воротился он – а там стоит большой собор, окруженный прекрасными дворцами. А в соборе жена его сидит на троне, и на ней три большие золотые короны, а вокруг неё люди духовного сана, а по обе стороны стоят свечи в два ряда от самой большой, что размером с башню, до самой маленькой – кухонной свечки, и все императоры и короли падают ниц и целуют ей туфлю.
Стоял он так, смотрел, и казалось ему, будто он глядит на яркое солнце. Насмотревшись, сказал он: «Жена, ну теперь-то ты довольна, став папой?»
Но жена сказала: «Посмотрим…»
Наутро, перед самым восходом солнца, увидела жена в окне зарю и подумала: «Разве я не могу повелевать восходом солнца и луны?» «Муж, – сказала она и толкнула его локтем в бок, – вставай, иди к камбале-принцу, скажи, я хочу быть равной Господу Богу». Муж ещё глаз не открыл, но так испугался, что упал с кровати.
«Ах, жена, – вскричал он, похолодев от страха, – камбала-принц не сможет выполнить это желание, прошу тебя, образумься и останься папой!»
Тут она пришла в такую ярость, что волосы у неё встали дыбом. Она оттолкнула его ногой и закричала: «С кем ты споришь, с самим римским папой? Я терпеть это больше не стану!»
Натянул он штаны и побежал сломя голову.
Бушевала такая гроза, что дома и деревья сносило ветром, и горы дрожали, и рушились скалы, на море перекатывались чёрные волны, огромные, как колокольни. И крикнул он, но собственных слов не расслышал:
Рыба-камбала, ты где?
Помоги моей беде!
Ильзебиль, моя жена,
Звать велит тебя со дна!
«Ну, чего она хочет?» – спросил принц-камбала.
«Ах, – сказал он, – она хочет быть равной Господу Богу».
«Ступай, она снова сидит в своей старой лачуге».
И сидит она так по сей день.


— КОНЕЦ —

Сказка братьев Гримм.  Иллюстрации В. Чапая

Сказка О рыбаке и его жене — Братья Гримм

Иллюстрация к сказке Гримм О рыбаке и его жене

Иллюстрация к сказке Гримм О рыбаке и его женеРыбак с женою жили в дрянной лачужке у самого моря. Рыбак ходил каждый день на море и удил рыбу. Так и сидел он однажды за ужением, и все смотрел на блестящие волны — сидел да посиживал.

Вдруг удочка его погрузилась на дно глубоко-глубоко, и когда он ее стал вытаскивать, то выволок вместе с нею и большую камбалу.

И сказала ему рыбина: «Слышь-ка, рыбак, прошу тебя, отпусти меня на волю: я не настоящая камбала, я — завороженный принц. Ну, что тебе в том, что ты меня съешь? Я тебе не по вкусу придусь; лучше брось меня опять в воду, отпусти меня на простор.» — «Ну, — сказал рыбак, — напрасно ты и столько слов потратила; я бы и без того, конечно, отпустил на свободу такую рыбину, которая по-нашему говорить может.» И с этими словами он отпустил рыбину в воду, и пошла камбала на дно, оставляя следом по себе в воде кровавую струйку. Посмотрел рыбак, да и поплелся к жене в свою лачужку.

«Что же, муженек, — сказала жена, — или ты сегодня ничего не поймал?» — «Нет, — сказал рыбак, — я сегодня изловил камбалу, и она мне сказала, что она не камбала, а завороженный принц; ну, я и отпустил ее опять в море.» — «Так разве же ты себе у нее ничего не выпросил?» — сказала жена. «Нет, да и чего же мне у ней просить?» — «Ах, — сказала жена, — да ведь нам же так скверно живется в этой лачужке, и вони, и грязи у нас вдоволь; выпросил бы нам у нее избушку получше. Ступай-ка да вызови ее из моря: скажи ей, что нам нужна изба понаряднее, и она наверно даст нам ее.» — «Ах, — сказал рыбак, — ну что я там еще пойду шляться!» — «Да ведь ты же ее изловил и опять на волю выпустил — она для тебя наверно все сделает.»

Не хотелось рыбаку идти, но не хотелось и жене перечить — и поплелся он к морю.

Когда пришел он на море, море потемнело, и волны уже не так блестели, как утром. Подошел он и сказал:

Рыба, рыбка, рыбинка,
Ты, морская камбала!
С просьбою к тебе жена
Против воли шлет меня!

Приплыла к нему камбала и сказала: «Ну, что ж тебе надобно?» — «Да вот, — сказал рыбак, — я-то тебя сегодня изловил, так жена-то моя говорит, будто я должен у тебя что-нибудь себе выпросить. Не хочет, вишь, она больше жить в лачужке, в избу хочет на житье перейти.» — «Ну, ступай, — сказала камбала, — все тебе будет.»

Пошел рыбак домой и видит — жена-то его уж не в лачужке, а на месте лачужки стоит нарядная изба, и его жена сидит перед избою на скамье.

И взяла его жена за руку, и сказала ему: «Войди-ка сюда да посмотри — теперь нам жить-то будет гораздо лучше.»

И вошли они в избу: в избе просторные сени и большая комната, и покойчик, в котором их кровать стоит, и чулан с кладовою, и везде-то полки, и на полках-то всякого добра наставлено, и оловянной, и медной посуды — все необходимое. А позади дома небольшой дворик с курами и утками и маленький садик с зеленью и овощами. «Посмотри-ка, — сказала жена, — разве это не хорошо?» — «Да, — сказал рыбак, — мы теперь заживем припеваючи.» — «А вот посмотрим,» — сказала жена. После этого они поужинали и пошли спать.

Так прошло недели с две, и сказала жена: «Слышь-ка, муженек, изба-то нам уж очень тесна, а двор и сад слишком малы; твоя камбала могла бы нам и побольше дом подарить. Я бы хотела жить в большом каменном замке; ступай-ка к камбале, проси, чтобы подарила нам каменный замок.» — «Ах, жена, жена! — сказал рыбак. — Нам и в избе хорошо. Ну, как мы будем жить в замке?» — «Ах, что ты понимаешь? Ступай к камбале: она все это может сделать.» — «Нет, жена! — сказал рыбак. — Камбала только что дала нам избу; не могу я к ней сейчас же опять идти: ведь она, пожалуй, может и разгневаться.» — «Да ступай же! — сказала жена. — Она все это может сделать и сделает охотно. Ступай!»

У рыбака куда как тяжело было на сердце, он и идти не хотел; он сказал самому себе: «Этак делать не следует!» — и под конец все же пошел.

Когда он пришел к морю, море изрядно потемнело и стало иссиня-серым и не было уже таким светлым и зеленоватым, как прежде, однако же еще не волновалось. Тогда он подошел и сказал:

Рыба, рыбка, рыбинка,
Ты, морская камбала!
С просьбою к тебе жена
Против воли шлет меня!

«Ну, чего еще она хочет?» — спросила камбала. «Да вот, — сказал рыбак не без смущения, — она хочет жить в большом каменном замке.» — «Ступай к ней, вон она стоит перед дверьми,» — сказала камбала. Повернул рыбак к дому, стал подходить — и видит перед собою большой каменный дворец, а жена его стоит на крыльце и собирается войти во дворец; и взяла его за руку и сказала: «Войдем со мною вместе.»

Вошли и видят, что полы все в замке выстланы мраморными плитами и везде множество слуг, которые отворяли перед ними двери настежь; и стены-то все блестели, обитые прекрасными обоями, а в покоях везде и стулья, и столы золоченые, и хрустальные люстры спускаются с потолка, и всюду ковры разостланы; всюду столы ломятся от яств и самых лучших вин. А позади замка большой двор с конюшнею и коровником; и экипажи в сараях стоят самые лучшие. Был там сверх того большой и прекрасный сад с красивейшими цветами и плодовыми деревьями, и парк тянулся, по крайней мере, на полмили от замка, полный оленей, диких коз и зайцев, и всего, чего душа пожелает.

«Ну-ка, — сказала довольная жена, — разве все это не прекрасно?» — «О да! — сказал рыбак. — На этом мы и остановимся, и станем жить в этом чудесном замке; теперь у нас всего вдоволь.» — «А вот посмотрим да подумаем,» — сказала жена. С этим они и спать легли.

На другое утро жена проснулась первая, когда уж совсем рассвело, и из своей постели стала осматривать благодатную страну, которая простиралась кругом замка.

Муж все еще спал и не шевелился, и она, толкнув его локтем в бок, сказала: «Муженек, вставай да глянь-ка в окошко. Надумалось мне — отчего бы нам не быть королем да королевой над всею этою страною? Сходи ты к рыбине, скажи, что хотим быть королями.» — «Ах, матушка, — сказал рыбак, — ну, как это мы будем король да королева? Я никак не могу королем быть!» — «Ну, коли ты не можешь быть королем, так я могу быть королевой. Ступай к рыбине, скажи, что хочу быть королевой.» — «Ах, жена! Ну, где ж тебе быть королевой? Я этого ей и сказать не посмею!» — «А почему бы не сказать? — крикнула жена. — Сейчас же ступай — я должна быть королевой!»

Пошел рыбак от жены и был очень смущен тем, что его жена задумала попасть в королевы. «Не следовало бы так-то, не следовало бы!» — думал он про себя. И не хотел идти к морю, однако пошел-таки. И когда пришел к морю, море было свинцово-серое и волновалось, и воды его были мутны. Стал он на берегу и сказал:

Рыба, рыбка, рыбинка,
Ты, морская камбала!
С просьбою к тебе жена
Против воли шлет меня!

«Ну, чего там еще хотите?» — спросила камбала. «Ах, — сказал рыбак, — да ведь жена-то хочет королевой быть!» — «Ступай домой, будет по воле ее,» — сказала камбала.

Пошел рыбак домой — и видит, что замок разросся и стал гораздо обширнее, и ворота у замка большие, красивые; а у входных дверей стоит стража, и везде кругом много солдат с барабанами и трубами. Вошел во дворец, видит — везде мрамор да позолота, и бархат, и большие сундуки с золотом. Открылись перед ним настежь и двери залы, где весь двор был в сборе, и увидел он жену свою на высоком золотом троне с алмазами, в большой золотой короне, а в руках у нее скипетр из чистого золота с драгоценными камнями, а по обе стороны ее по шести девиц в ряд, одна другой красивее.

Стал он перед женою и сказал: «Ну, вот, женушка, ты теперь и королевой стала!» — «Да, — сказала она, — я теперь королева!»

Постоял он против нее, помялся, поглазел на нее и сказал: «А что, женушка, небось хорошо в королевах-то быть? Чай, теперь уж ничего не пожелаешь!» — «Нет, муженек, — сказала жена с тревогою, — соскучилась я быть королевой и не хочу больше. Поди, скажи рыбине, что я вот теперь королева, а хочу быть кайзером.» — «Ах, женушка! Ну, на что тебе быть кайзером!» — «Муж! Ступай к рыбине: хочу быть кайзером!» — «Ах, да нет же! — отвечал рыбак. — Кайзером она не может тебя сделать, и я ей об этом и слова замолвить не посмею; ведь королей-то много, а кайзер-то один! Наверно знаю, что не может она тебя кайзером сделать — и не может, и не может!» — «Что такое? Я королева, а ты мой муж — и смеешь мне перечить? Сейчас пошел туда! Могла меня рыбина королевой сделать, сможет сделать и кайзером! Слышишь, хочу быть кайзером! Сейчас пошел к рыбине!»

Вот и должен он был пойти. И идучи к морю, он крепко тревожился и все думал про себя: «К плохому дело идет! Кайзером быть захотела — уж это совсем бессовестно! Надоест она своей дурью рыбинке!»

В этих думах подошел он к морю; а море-то совсем почернело и вздулось, и ходили по нему пенистые волны, и ветер свистал так, что рыбаку было страшно. Стал он на берегу и сказал:

Рыба, рыбка, рыбинка,
Ты, морская камбала!
С просьбою к тебе жена
Против воли шлет меня!

«Ну, чего она еще хочет?» — сказала камбала. «Ах, камбала-матушка! Жена-то теперь кайзером быть хочет!» — «Ступай к ней, — сказала рыбка, — будет по ее воле.»

Пошел рыбак домой — и видит перед собой громадный замок, весь из полированного мрамора, с алебастровыми статуями и золочеными украшениями. Перед входом в замок маршируют солдаты, в трубы трубят и бьют в барабаны; а внутри замка бароны и графы, и герцоги расхаживают вместо прислуги: они перед ним и двери отперли (и двери-то из чистого золота!). И когда он вошел в залу, то увидел жену свою на троне высоком-превысоком, из литого золота; на голове у нее золотая корона в три локтя вышиной, вся усыпанная брильянтами и яхонтами; в одной руке у нее скипетр, а в другой — держава; и по обе стороны трона стоят в два ряда стражники, один красивее другого, и выстроены по росту — от самого громадного верзилы до самого маленького карлика, с мизинчик.

А перед троном стоят князья и герцоги.

Стал перед женой муж и сказал: «Ну, женушка, ты теперь кайзер?» — «Да, я теперь кайзер!» Посмотрел он на нее, полюбовался и сказал: «Небось, женушка, хорошо быть кайзером?» — «Ну, чего ты там стал? — сказала жена. — Я теперь кайзер, а хочу быть папой. Ступай, проси рыбину.» — «Ах, женушка! Чего ты еще захотела? Папой ты быть не можешь: папа один на весь крещеный мир! Этого и рыбинка не может сделать.» — «Муж! — сказала она. — Я хочу быть папой! Сейчас ступай к морю! Сегодня же хочу быть папой!» — «Нет, женушка, этого не смею я сказать рыбине! Это и нехорошо, да и слишком уж дерзко: папой не может тебя камбала сделать!» — «Коли могла кайзером сделать, сможет и папой! — сказала жена. — Сейчас пошел к морю! Я кайзер, а ты — мой муж! Пойдешь или нет?» Перепугался он и пошел, и совсем упал духом; дрожал, как в лихорадке, и колени у него сами подгибались.

Когда подошел он к морю, сильный ветер дул с моря, погоняя облака на небе, и было сумрачно на западе: листья срывало с деревьев, а море плескалось и шумело, ударяясь о берег, и видны были на нем вдали корабли, которые раскачивались и колыхались на волнах. Но все же на небе еще был заметен клочок лазури, хоть и явно было, что с юга надвигается буря. Вышел он на берег, совсем перепуганный, и сказал:

Рыба, рыбка, рыбинка,
Ты, морская камбала!
С просьбою к тебе жена
Против воли шлет меня!

«Ну, чего она еще хочет?» — сказала камбала. «Ох, — проговорил рыбак, — хочет она папою быть!» — «Ступай к ней; будет по ее воле,» — сказала камбала.

Пошел он обратно и, когда пришел, то увидел перед собою громадную кирху, кругом обстроенную дворцами. Едва пробился он сквозь толпу народа.

А внутри кирхи все было освещено тысячами и тысячами свечей, и жена его в одежде из чистого золота сидела на высочайшем троне, а на голове у ней были три большие золотые короны. Кругом ее толпилось много всякого духовенства, а по обе стороны трона стояли в два ряда свечи — от самой большой, толщиной с доброе бревно, до самой маленькой, грошовой свечурочки. А кайзеры и короли стояли перед ней на коленях и целовали ее туфлю.

«Женушка, — сказал рыбак, посмотревши на жену, — да ты, видно, папа?» — «Да, я теперь папа!»

Смотрел он, смотрел на нее, и казалось ему, что он смотрит на солнышко красное. Немного спустя и говорит он ей: «Ах, женушка, небось хорошо тебе папой быть?» А она сидела перед ним прямо и неподвижно, словно деревянная, и не двигалась, не трогалась с места. И сказал он: «Женушка! Ну, теперь, чай, довольна? Теперь ты папа и уж ничем больше не можешь быть?» — «А вот еще подумаю,» — сказала жена.

И затем они отправились спать; но она все еще не была довольна, и ее алчность не давала ей уснуть, и все-то она думала, чем бы ей еще можно быть.

Муж, набегавшись за день, спал отлично и крепко, а жена, напротив того, совсем не могла заснуть и все ворочалась с боку на бок, и все придумывала, чего бы ей еще пожелать, и ничего придумать не могла.

А между тем дело шло к восходу солнца, и когда она увидала зарю, то пододвинулась к самому краю кровати и стала глядеть из окна на восходящее солнце…

«А, — подумала она, — да разве же я не могу тоже повелевать и солнцу, и луне, чтобы они восходили?»

«Муж, а муж! — сказала она и толкнула его локтем под ребра. — Проснись! Ступай опять к рыбине и скажи, что я хочу быть самим Богом!»

Муж еще не совсем очнулся от сна, однако же так перепугался этих слов, что с кровати свалился. Ему показалось, что он ослышался; он стал протирать себе глаза и сказал: «Ах, женушка, что это ты такое сказала?» — «Муженек, — сказала она, — я не могу повелеть ни солнцу, ни месяцу, чтобы они восходили, да и видеть того не могу, как солнце и месяц восходят, и покойна ни на час не буду, пока не дано мне будет самой повелевать и солнцем, и месяцем!»

И так на него посмотрела, что его мороз по коже продрал. «Сейчас же ступай туда! Я хочу быть самим Богом!» — «Ах, женушка! — воскликнул рыбак и пал перед нею на колени. — Да ведь этого камбала не может сделать! Кайзером и папой она еще могла тебя сделать; так вот и прошу я тебя, образумься, останься папой!»

Тут она пришла в ярость, волосы у ней взъерошились на голове, и она крикнула во все горло: «Не смей со мною так говорить! Не смей! Сейчас проваливай!»

Тогда он мигом собрался и побежал к морю, словно помешанный. А на море бушевала буря, да такая, что он еле на ногах держался: дома и деревья падали, и горы тряслись, и осколки скал, обрываясь, скатывались в море, и небо было черным-черно, и гром гремел, и молния блистала, и волны ходили по морю, похожие на горы, увенчанные белою пеною. Выйдя на берег, он закричал во весь голос, и все же не мог расслышать даже собственных слов:

Рыба, рыбка, рыбинка,
Ты, морская камбала!
С просьбою к тебе жена
Против воли шлет меня!

«Ну, чего же еще она хочет?» — спросила камбала. «Ах, — пролепетал он, — она хочет быть самим Господом Богом.» — «Ступай же к ней — она опять сидит в своей лачуге.»

Там они еще и по сегодня сидят да посиживают, на море синее поглядывают.

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о